Коллекция характеров. Sequel

Антон набрал побольше воздуха и вцепился в казавшиеся спасительными и надёжными поручни. Зачем он это сделал? По всей видимости, оттягивал время. Ведь, по сути дела, ему представлялось совершенно очевидным, что эта беспощадная громада оглушит и закружит всё, что попадётся ей на пути, и уже никогда не отпустит. Может быть, только на далёком берегу прибьёт к суше, оближет напоследок своим бешеным пенным языком и, наигравшись, оставит лежать на белом песке среди морской травы, раковин и таких же безвольных, перекрученных и замученных живых существ вроде рыб, медуз и кальмаров.

Антон почему-то не мог отделаться от страшного и захватывающего интереса, от стремления увидеть и не пропустить ни одного кадра из этого глубоководного фильма ужасов и для чего-то запомнить всё происходящее. Поэтому, оказавшись под водой, он широко открыл глаза и увидел настоящий водоворот из невиданных рыб, медуз, трепангов, акул, дельфинов, осьминогов. Рядом с ним в этой мощной центрифуге крутило диковинных мурен, барракуд, скатов, кальмаров, лангустов, креветок, всевозможные раковины, актинии, морские водоросли.

Вдруг в какое-то мгновение он увидел у себя над головой огромного краба. Краб так же ошалело посмотрел на Антона. И огромное мгновение, показавшееся им бесконечным, оба они, два живых существа, очутившиеся, в прямом смысле этого слова, в водовороте стихии, беспомощные и покорные всевластной своенравной силе, готовые погибнуть с минуты на минуту, смотрели в глаза друг другу.

А потом краба понесло дальше, кружа и не отпуская, а из последних сил державшийся за поручни Антон остался на месте.

Казалось, что волна, как гигантская метла, выметает из океана всё лишнее и ненужное, а потом в ярости влечёт к берегу, чтобы выбросить и избавиться от надоевших обитателей, разгневавших её.

А потом волну пронесло. Она вдруг неожиданно, когда Антону казалось, что запаса воздуха в лёгких уже не хватит, ушла и покатила дальше.

Волна ушла. А оглушённые, намертво вцепившиеся в металлические поручни кораблика люди, не верящие в происходящее, в окончание кошмара и неожиданное спасение, остались.