Ватуту

– Шелех, я тоже отхожу, хоть Гриня никто не назовет трусом, но против твоих друзей, я не пойду.

– Лаперуз, ты что молчишь?

– Глупо отказываться от дойной коровы, и я ее все же подою.

– Ну, ну, смотри сам Лаперуз, как бы тебе этим молочком не захлебнуться.

– Шелех, я не боюсь твоего Боню, за мной все сообщество.

А вечером Лаперуза арестовали, в его же ресторане на Невском.

В камере, куда его посадили, находился еще один человек, с повадками вечного стиляги.

– Ты кто братан, за что замели, знаешь кто я?

– Знаю, Лаперуз, знаю, тебя и жду, напрасно ты не послушал совета братвы, напрасно.

– Ты кто-о…

Удавка захлестнула его шею, через пару минут тело обмякло и рухнуло на пол.

Глава 3

Эжени сидела в кабинете директора департамента «А» и ждала, когда Бэл закончит операцию.

В кабинет вошел начальник его личной охраны, китаец Ли.

– Здравствуй Ли, хозяин скоро будет?

– Здравствуй Эжени, через два часа.

– Тогда я пойду в отель, потом приду.

– Иди, только видеозапись мне оставь.

– А стенографию?

– Ты же знаешь, что я не читаю на французском.

– Я на русском стенографировала.

– Вот по ней и доложишь Бэлу, а мне оставь только видео.

Эжени ушла, а китаец внимательно просматривал видеозапись.

Вроде все, как всегда, но он все же позвонил.

– Саша, а чем Наумыч недоволен?

– Ли, это ты по поводу совещания?

– Да.

– Не знаю, велел мне проанализировать, только не понимаю, зачем, все, как обычно, я ничего не обнаружил.

– Ладно, Саша, я понял тебя.

Китаец позвонил своему человеку в штате Наумыча.

– Забери все видеозаписи у Инокентия за последний месяц и привезешь мне.

– Я понял тебя, Ли.

Китаец еще раз просмотрел запись, в это время в кабинет вошли Бэл и Кошелев, с ними Арриано, директор этого объекта, за ним главврач обоих клиник.

– Ли, а где Эжени?

– Она ушла в отель, сейчас придет.

– Василич, сколько у нас еще больных на операцию… -обратился Бэл к Кошелеву.

– Анри, твоих больше здесь нет, остальные операции плановые, делают их врачи.

– Что по остальным?

– По остальным твоих пока тоже нет.

– Добро, заскочим к Чарову и завтра полетим домой.

Вошла Эжени, села возле двери в кресло.

– Эжени, в самолете все расскажешь, летим к Чарову.

– Хорошо, мистер Боне.

В самолете, Боне сначала просмотрел видеозапись совещания.

– Давай, Эжени, рассказывай своими словами.

– Меня волнует Прунов.

Ли удивленно посмотрел на нее.