ЯГОДКИ РОССИИ***РАДОСТЬ 200

– Что это, компот? – задает традиционно глупый вопрос Вася.

Это терпкое густое вино, которое темнее, чем ночь на шоссе, но пьется легко, незаметно, как дышишь сладким воздухом. Пьешь, и остается ощущение наступающего лета.

– Это компот особенный, – смеется она, – такой может только мой дед делать. И свой секрет он мне передаст. Правда, хорошее? У нас там свой виноградник.

Вася удивляется, сейчас ему так хочется жить в деревенском доме, где растет виноградник. Вася перевел дыхание и вновь припал к прохладному белому боку.

– Ты так его пьешь, что я, в самом деле, полюблю его.

Вася допивает огромную кружку, на прощание она дает ему и еще и бутылку

– Прощай! – говорит он. – Мне пора.

– Прощай! – говорит она. – Нет, обожди секунду!

Она возникает совсем близко от него:

– Если бы ты знал, как ты спас меня. Хочешь, я перед тобой на колени встану!?

И тут он все понял, словно вошел в чужую комнату, а потом там вспыхнул свет. Все встало на свои места.

Он представил себе, как она измучена, избита, испакощена тем местом, которое есть и у его жены и матери, и у всех этих баб на свете.

– Это те, которые в машине были? – быстро спросил он, – хочешь, я их номер сообщу в милицию.

– Не надо – отвечает она: – Ничего не надо. Это они, а может, и не они. Они весь мир…

И это так запало ему в душу. Они, эти злые и всеобъемлющие, вот они и есть весь мир!

Она схватила своими крепкими руками его голову и долго поцеловала в губы. На всю жизнь. И последний поцелуй в щеку.

– Прощай!

– Прощай!!

На краю поселка затрещал полуночный мотоцикл, неопытная рука слишком резко открыла заслонку газа. Вспыхнул свет, мелькнуло и исчезло самое красивое лицо, мотоцикл длинно вырулил на центральную дорогу и дал сигнал, прощаясь. Прощай навсегда! Это все равно, как вся жизнь, ушло, и теперь никогда больше не будет!

Ветер дул по прежнему, в лицо и грудь, но теперь он был теплый и ласковый.

В той самой шоссейной долинке Вася остановился. Было у него тут три дела. Заглушил мотоцикл, потом сделал одно дело, из бутылки отхлебнул глоток для сохранения баланса. Нагнулся и пощупал асфальт рукой. Он нисколько не остыл. Ветер дул вдоль дороги. Кругом ни огонька, только темное понизу, и ровный свет сверху.

Теперь только он, мотоцикл, и душа.