Любовь от боярыни Морозовой до революции семнадцатого года

– О, меня зовут Верочка, Вы забыли? Какой же Вы, однако! – погрозила она ему пальчиком.

– Верочка, не обижайтесь, я действительно лесной медведь, только что выползший из своей берлоги. Мне и рассказать то нечего такой милой и приятной девушке, как Вы! – мягко оправдывался он.

– Верочке, – вновь напомнила она ему. – Придвиньтесь ближе и дайте мне Вашу руку, а теперь, мой милый медведь, расскажите мне чем Вы занимаетесь. Я серьёзная девушка и со мной Вам нечего бояться, – добавила она безмятежно.

Он придвинулся к ней теснее, держа в руках её мягкую нежную ручку, поцеловал её пальчики, стал рассказывать о своём детстве. Как он в родовом обедневшем поместье вместе с крестьянской детворой, ловил рыбу в реке, убегал ночами из дома, забираясь с мальчишками в недалёкие сады соседей, просто из озорства, бурлила молодая кровь. Нарвав там какой-нибудь зелени, садились куда-нибудь в укромное местечко, храбро жевали, эту несъедобную кислятину. Потом начинали рассказывать друг другу страшные байки, а дальше, забывая расходиться по домам, сладко засыпали там же, где нибудь под кустом или деревом от усталости.

– Детство же моё длилось до девяти годков, потом жизнь перестала со мною нянчиться, стал я работать, матушке помогать, себя содержать. Закончились мои мечты о далеких звёздах, захватывающих путешествиях, интересных приключениях… Стал жить и работать в людях. Это и были мои университеты. Сам осиливал грамоту, выучился писать и читать. Много позже, стал учиться полегоньку, завёл фирму, занимаюсь сейчас торговлей.

Верочка рассмеялась.

– Чему это Вы смеётесь? – смутился он.

– Представила Вас дитятей… – задушевно произнесла она.

– Ну, так это же сравнение, может, оно неудачное, Вы уж меня простите, олуха Царя небесного, – засмущался он, совершенно не понимая, как же себя с ней вести, чтоб не наскучить.

– Нет, всё правильно. Просто трудно Вас представить уже маленьким. Вон Вы, какой большой! – улыбнулась она, ободряя его

– Не подтрунивайте надо мной, – попросил он.

– Простите, не буду. Смешно немножко стало, – и она улыбнулась, вновь показывая свои милые ямочки на щёчках.

Она тоже принялась вспоминать своё детство. Батюшка у неё был полковником в отставке.