Чужбина не встречает коврижками

***

Отец Вениамин в дрожащих пальцах держал пожелтевшую газету с крупно набранным заголовком «Спецпохороны в августе 42-го» и долго молча разглядывал меня, затем, пробормотал:

– И вас не упрятали в тюрьму? И ничего с вами не сделали?

– Как видите – я цел.

– Да, изменились в России времена. А раньше такое бы там не сошло с рук. Вон Солженицын писал в «Новом русском слове» как там расправлялись с ним и с другими диссидентами.

– Батюшка, Горбачёв дал нам вкусить демократии. При нём было рассекречено много умалчиваемой информации.

Секретные службы были реорганизованы. Вот и стало возможным отдельным личностям проявлять свой норов.

– Да-да, поменялись порядки в России. Итак, что же вы хотите от меня?

Я почувствовал, что расположил к себе старика и что наступил самый благоприятный момент – теперь можно излагать свою просьбу. И я решительно начал:

– Отец Вениамин, у меня нет никаких знакомых в Чили, осталось всего около 300 долларов, я не знаю испанский язык, нет рабочей визы, нет жилья, где бы я мог остановиться.

Прошу вас, помогите мне с жилищем. Когда-нибудь может быть и я вам пригожусь.

– Вы зря так рассчитываете на меня. Даже не знаю, чем могу вам помочь? Ну хорошо, я подумаю. Сейчас у меня мало времени, собираюсь в дорогу: умер один из русских – он старый и уважаемый прихожанин нашей церкви, и нужно ехать отпевать его в Вальдивию, это на юге Чили. Через три дня вернусь. К тому времени может быть удастся что-нибудь решить с вашим обустройством.

– Батюшка, а не мог бы я эти три дня где-нибудь здесь в монастыре подождать вашего возвращения? Мне абсолютно некуда податься.

Хоть бы какой-нибудь угол, лишь бы было где переночевать.

– Хорошо, я поговорю с Юлией, чтобы она вас пристроила до моего приезда. А сейчас, до свидания. Мне нужно торопиться. Идите к Юлии, а я ей позвоню насчёт вас.

Глава 5

– Да, он мне позвонил и попросил, чтобы я вам помогла найти ночлег на три дня, пока батюшка приедет из Вальдивии, – сказала Юля. – Но я не хозяйка в монастыре.

Надо идти к матушке Ульяне и спрашивать её разрешения. А она, если только узнает о том, что за вас ходатайствует отец Вениамин, то непременно откажет. Такие у них антагонистские отношения. Живут, как кошка с собакой.

– Юлечка, ну подумайте получше, вы ведь знаете здешнюю обстановку и только вы можете мне помочь, – жалобно взмолился я.

– Ладно, располагайтесь пока в нашей комнате: смотрите телевизор, вот печенье с кока-колой – угощайтесь.