Черты искусства

Я уверен, дом культуры не станет возражать против вашего вынужденного графика работы. Вы – уважаемый человек! Вы занимаете эту должность с пятьдесят третьего года!

– Да, и город никогда не забудет, как с портрета Сталина упала чёрная ленточка, которую я прикрепил, – оба засмеялись.

– Тогда вас спасла малышка, которая закричала: «Сталин жив!»

– Хм, а может, именно это я и имел в виду.

– Хитро! Но прошу вас, не огорчайтесь! И с пороком сердца люди живут долго и счастливо. Вот только я переживаю за вашу кровь.

Как бы не случилось инсульта. Даю вам направление в областную больницу. Там сделают анализ. А сейчас, прошу вас, только покой.

Игнат зашёл к себе домой и решил натаскать воды, прежде чем непоколебимый покой и скука отберут у него возможность поднимать тяжести. Натаскал. Сердце сильно забилось. Ощущать своё сердце не только в ночной тишине, но и в дневном движении Игнат начал совсем недавно, отчего и обратился к врачу. Немного закружилась голова, дыхание сбилось, и язык онемел. Он поспешил к своей аккуратно застеленной постели и лёг поверх покрывала.

И моментально впал в небытие.

Игнат пришёл в себя глубокой ночью, когда всё тело покрылось мурашками от холода. «Надо лечь под одеяло», – подумал Игнат. Но оказалось, что ни руки, ни ноги совершенно его не слушаются! Они молчат. Лежат неподвижно, как у куклы, и ни единый импульс не попадает в них. «О Боже! – мысленно закричал он. – Что случилось?» Игнат снова и снова пытался пошевелиться, приподнять или повернуть голову, издать хотя бы какой-нибудь звук, лёгкое «А» или в лучшем случае целое слово «Помогите!».

Но тело отказывалось, оно не слышало его желаний, оно лежало неподвижно, безжизненно, и всё, что соединяло сознание Игната с его телом, – это ощущение холода. Такого сильного страха он не испытывал никогда! Сердце снова забилось с силой церковного колокола, и глаза наполнились слезами.

Долго он лежал, боролся с пленом собственного тела и боялся смерти. Долго он плакал, мысленно звал на помощь, мысленно жалел себя и ругал за то, что ослушался врача и поднял эти тяжёлые вёдра! Ругал и жалел.

Долго. А потом, совсем обессиленный, уснул.

Глубокий сон успокоил ритм сердца. Подсознание выдавало размытые сюжеты из детства. Ему приснилась бабушка, которая когда-то жила в этом доме. Она всё время что-то пекла, и аромат выпечки наполнял весь дом и плыл через окно до самой улицы. Это был хороший сон, и, если бы не яркие лучи утреннего солнца, Игнат проспал бы так до обеда.