Зима, которая не ты

– Слушай, не много ли мы сегодня выкурили травки?

– Почему?

– Да я вон о том водоеме говорю.

– Вроде бы нет, немного. Вряд ли. Ладно, давай зайдем еще в этот дом, – он показал рукой, – да пойдем назад.

Там у калитки стояла старушка и смотрела на нас.

– Здравствуйте! – приветствовал я ее, когда мы спустились и подошли. – Вы не сдаете комнату?

– Ну что вы, ребятки, самой развернуться негде. У меня только кухонька да комната, всего двенадцать метров.

– А соседи?

– У соседей есть комната, да только вы там жить не захотите.

Действительно, веселенькое место, подумал я.

– А еще? Может, еще кого знаете?

– Ну, в розовый этот дом зайдите, могут сдать, но хозяева бывают только по воскресеньям. Да черт знает, они, наверно, тоже не сдадут.

– Ладно, – говорю Семену, – пошли, нечего тут делать, надоело уже спрашивать.

– До свидания, – сказал он старушке, – спасибо.

Боятся люди нас, объяснил он мне потом. Времена сейчас такие.

– Кстати, на будущее – когда разговариваешь с кем-нибудь незнакомым, снимай темные очки.

Мы спустились к шоссе и молча пошли вдоль него. Мимо проезжали машины. Одна. Другая.

– Посмотри на лужи, – сказал Семен.

Поразительно! Ни одна лужа не была горизонтальна! Конечно, это не так бросалось в глаза, как у пруда, но все же заметно.

Вот уж и вправду, удивительное – рядом. Неужели нужно было подниматься на Троицкую горку, чтобы понять это.

– Наверно, мы смотрим по небу, и оттого возникает иллюзия, – предположил я.

– Небо?

А небо было абсолютно ясным. Туман совершенно растворился, теперь мы весело шагали, сняв плащи. Пели птицы.

Кто-то шел нам навстречу.

– Гляди, это наши девчонки.

Наташа и Настя, улыбаясь, приближались к нам. Они прогуливались в обнимку, и лица их светились непонятным счастьем. Девушки несли в руках цветы.

– Наташа! Настя! Как это вы вдруг такие стали? Что случилось с вами?

– Да вы посмотрите вокруг! – ответили они почти хором.

С учебой, впрочем, не особенно клеилось. Ближе к весне

Я вдруг усиленно занялся бас-гитарой – приходил на студию «ураловцев», включал драм-машину и долбасил в наушниках часами, каждый день с утра до вечера каждый день. Если была такая возможность.