Перекрестка поворот

Потом внимательно посмотрел на Маринино отражение в зеркале, обошел вокруг, пощупал волосы, чуть взбил их, на мгновение закрыл глаза, а вслед за этим артистически взмахнул рукой и объявил:

– Сначала стрижка.

– Стрижка? – удивилась Марина. – Но у меня есть стрижка.

– Нет, Мариночка, – Аркадий прижал руки к груди, – у тебя нет стрижки. Я покажу, что такое настоящая стрижка.

Он нежно вымыл ей волосы пахучим шампунем и также нежно вытер мягким розовым полотенцем.

– Стричь будем горячими ножницами.

– На самом деле горячими? – засмеялась Марина.

Вместо ответа Аркадий достал прямые ножницы, формой похожие на обычные, но только с черными накладками на лезвиях и проводом на одном из колец ручки. Расправил провод и воткнул вилку в розетку.

Улыбка сползла с лица Марины.

– Очень популярно теперь, – объяснил он, – и полезно для волос.

Через полчаса Аркадий отошел в сторону, взглянул на Маринину стрижку и довольно заулыбался.

– Здорово, – смотрела в зеркало Марина. – Просто здорово.

Она давно не чувствовала себе так легко и уверенно.

– Аркадий, ты – гений.

– Ну, не совсем, – скромно замялся он, – просто могу кое-что лучше других.

Марина увидела позади себя Петра и Боксера. Фотограф одобрительно кивал, а Боксер растянул толстые губы в улыбочке и сочно цокнул. Точно так же цокали визитеры у Бодомира, когда прохаживались вдоль сцены, на которой танцевали вокруг шестов девчонки в нижнем белье. Настроение разом испортилось, и мимолетная радость сменилась усталостью.

Аркадий это заметил и погнал зрителей прочь.

– Теперь визаж, – сказал он.

– Где ты всему этому научился?

– Ах, – легкомысленно взмахнул рукой Аркадий, – везде понемногу. В школе визажа и на курсах стилистов, у нас и даже в Италии. Алексей учебу оплатил.

– Итак, – Аркадий потер пальцы друг о друга, – приступим.

Когда Леха и Гера вернулись, Марина была готова к съемке.

– Поздравляю, – потрепал Аркадия по щеке Леха, – отличная работа. Не женщинка, – он посмотрел на Геру, сжимавшего в руках спиннинг, сложил пальцы в горсть и поднес к губам, – цветок.

– Как твоя дочь? – спросила Марина у Лехи. – Поправилась?

– Ленусик? – удивленно переспросил тот.

– Да, старшая, с больными ногами.

– Сделали операцию, – с гордостью сказал Леха. – Теперь танцует. Пишет стихи.

Он горделиво улыбнулся:

– Выпустила книжку. Мне посвятила.

– Хорошо, – сказала Марина. – Интересно было бы почитать.

– Замуж собралась, – продолжал Леха. – Парень стоящий.