Раны, нанесенные в детстве… Педагогический роман

Отчим вытащил его спящего из кроватки, бросил на пол и нещадно бил кулаками.

– Лёня,! Что случилось? Объясни! – мать повисла на руках гражданского мужа – сожителя.

– Что произошло… Что произошло… Этот гаденыш сломал у соседей радиолу!

– Какую радиолу? – не поняла мать.

– Дорогую! – заревел отчим, отбрасывая мать Семена. Он замахнулся на пасынка, ударил его по голове, потом еще раз – по спине…

– Убью, тварь! – ревел отчим. Он отбросил в сторону тщедушное тело пасынка, поискал глазами что-нибудь поувесистее, потяжелее; не нашел.

– Да я тебя сейчас топором! – отчим хлопнул дверью. Мать Семена знала – топоры и лопаты находятся за домом, в углярке… А еще за три года «брака» она хорошо изучила «Лёню».

– Бежим! – прикрикнула мать на Семку. Он толкнула в спину Ольгу, схватила на руки Олега и они выскочили на улицу…

Босиком.

Пара редких прохожих с нескрываемым изумлением смотрела на странную группу из взрослой женщины и трех маленьких детишек, которые бегом, по снегу неслись вниз по улице.

– Мам! Куда мы бежим? – задыхаясь, спросил Семён. От страха и пережитого стресса он не чувствовал ни холода, ни боли. Различал только хруст снега под ногами матери и сестры…

…В милиции дядьки с серьезными лицами налили им чаю, Семку и Ольгу посадили поближе к железному ящику, от которого шло тепло. Брат и сестра немедленно вытянули свои фиолетовые ноги к нему…

Много времени спустя Семен узнал, что это был за ящик. Однажды он заглянул под сиденье электрички и увидел точно такой же.

Мать написала заявление, и куда-то уехала с милиционерами в черном милицейском «Бобике». Через час она вернулась и Сёмку с матерью, Ольгой и Олегом на этом же «Бобике» отвели домой.

Отчима дома не было.

– Идите спать! – сухо приказала она сыну и дочери, присаживаясь у стола.

– А если этот вернется? – Семен старательно избегал называть отчима «папа», как от него требовала мать.

– Не вернется! Милиционеры сказали, что за сегодняшнее ему дадут пятнадцать суток.

– И потом он вернется?

Мать ничего не ответила, лишь утвердительно покачала головой. Она обвела глазами Семена, Ольгу, Олега… Видно было – у неё зреет какое-то решение.

– Я сейчас ненадолго уйду! Вы закройтесь и никому не открывайте! Свет не включайте! Мать накинула на голову тёплую шерстяную шаль, подаренную бабушкой Натальей, выключила свет, тихо растворилась за дверью…

Вернулась она довольно скоро.