На публику без штанов. Современная проза

Арина Викторовна внимательно посмотрела на клиентку. Невероятно привлекательная брюнетка, с безукоризненно стройной фигурой, красивыми миндалевидными глазами и длиннющими ресницами. Только вот что-то было отталкивающее в ней. Что именно, Арина Викторовна не могла понять: то ли голос писклявый, то ли душа темная.

После того, как Настя прикрикнула, психолог хотела сказать, что было бы чудесно немного успокоиться, и если уж высказываться, то в более доброжелательном тоне. Но она не стала этого делать, полагая, что тон Насти теперь станет другим.

– Козел, говоришь? – переспросила Арина Викторовна.

– Самый настоящий, – ответила Настя, опустила глаза и тихонько заплакала.

Для Арины Викторовны услышать от клиентки, что муж – козел, то же, что поздороваться с соседом. И не такие слова она слыхала в адрес мужей. Однако смутило, что Настя как-то по-детски заплакала. А это осложняло задачу, которую предстояло решить. Похоже, что к этому козлу у нее есть чувства.

– Почему ты ему изменила? – опять спросила Арина Викторовна клиентку, которая уже целых три минуты всхлипывала в платок.

Настя подняла заплаканные глаза и нахмурилась, будто сомневалась, говорить правду или нет. Конечно, немного странно раздумывать на сей счет – вообще-то она заплатила за прием. Но Настя колебалась.

– Он испортил мне жизнь, – наконец ответила Настя и шмыгнула носом. – Я любила мужа, стольким пожертвовала, столько прощала… А он ни черта не ценил… Я отдала ему… свои лучшие годы… А он так со мной поступил…

– Сколько тебе лет-то? – перебила Арина Викторовна, вопреки канонам профессии, на которые, сказать по правде, плевать она хотела.

Настя, будто очнувшись, быстро проговорила:

– Мне тридцать три.

– А замуж во сколько вышла?

– В двадцать один. В двадцать два – родила.

– Тридцать три, – вздохнула Арина Викторовна. – В самом деле, лучшие годы – позади.

Настя промолчала в недоумении – психологиня сказала это вполне серьезно. «Мне всего лишь тридцать три! – возмутилась мысленно она. – Что значит, все позади?»

– Почему ты ему изменила? – с завидным спокойствием спросила Арина Викторовна, минуту погодя.

– Вы опять задаете этот вопрос?

– Да. И буду задавать этот чертов вопрос до тех пор, пока ты, Настя, – Арина Викторовна повысила голос, – не скажешь мне чертову правду, почему ты ему изменила.