Сказки о трех мирах

Вот это заявление! Некоторое время я стояла и рассматривала наглеца. Люк выглядел устало. Запавшие скулы, сгорбленная фигура. За те два месяца, которые прошли с нашей встречи в коридоре института, он словно постарел на несколько лет.

– Нина, нам нужно поговорить, – Люк качнулся в мою сторону, я же шарахнулась назад.

– Нам не о чем говорить, – отрезала резко, – ты вор. Пробрался в институт, отключил сигнализацию, украл семена. Зачем они тебе были нужны? То, что ты взял, было незавершенным прототипом.

– Я знаю… – Люк невесело хмыкнул. – Из них ничего не выросло. Увы.

– Ты поторопился, Люк, – насмешливо добавила я, – нужно было подождать месяц-два и украсть нынешние семена. Может быть, вышел бы толк. Давай, до института двести метров, еще успеешь.

– Сейчас ваш институт охраняется круче атомной станции, – произнес он, – я пробовал пробраться. Бесполезно.

– Ничем не могу помочь, – я отвернулась от мужчины и решительно направилась к своему дому, – прощай.

– А ты не спросишь, зачем мне понадобились семена? – раздался негромкий голос у меня за спиной. Я раздраженно фыркнула:

– Мне все равно. Можешь делать с ними что хочешь. Они пустышки.

– Мои люди голодают, Нина, – продолжал говорить Люк, – мы два года живем с продовольственными карточками. Взрослые втянулись, но дети… Недоедание сказывается на развитии.

Я замерла на границе рощи, не успев сделать последний шаг и выйти на свет.

– У вас нет своих ученых? Нет исследовательских институтов, лабораторий? – Мой голос источал ледяной холод.

– Таких ученых, как ты – нет, – правдиво ответил Люк, – мы пытаемся получить прототип, но пока терпим неудачу.

– А как же синтезатор? – поинтересовалась я хмуро. – У вас же должен был остаться один. Еще со времен первых поселенцев.

– Он окончательно сломался. Триста лет огромный срок. А материалов для починки нет.

– А теплицы?

– Их не хватает. Да ты и сама знаешь, они не могут обеспечить всем необходимым.

Я стояла в растерянности и не знала, что предпринять. Внутри боролись любопытство и верность Крис.

– Ты же из «диких», я права?

– Из «диких»? – в голосе мужчины послышалось усталая насмешка. – Так вы нас называете?

Мне почему-то стало неловко. Не помню, кто их так начал называть, или я в учебнике прочитала?

– Прости, я не хотела быть грубой, – произнесла негромко, – я ничего не знаю о вас.