Свет в потемках

Где, где он бродил всю жизнь? Почему они раньше не встретились?

Он стянул с неё тёплые горнолыжные штаны и снова замер. «Это всё моё, моё, моё…» Она была такая маленькая, что он ощутил себя великаном. Она гладила его плечи, обнимала за шею, никаких сил уже не было о чём-то думать, строить из себя недотрогу больше было незачем, он весь был в её власти. Она слегка прикусила ему губу в поцелуе, и это маленькое случайное действие будто с новой силой разожгло в нём желание обладать и наслаждаться ею снова и снова.

В холодном доме им обоим мгновенно стало жарко, казалось, не только тела – души сцепляются между собой, спешат насытиться друг другом, чтобы отдать всю свою любовь без остатка и перемешаться в буре чувств.

У неё был всего один мужчина до него – у него было столько женщин, но он будто не помнил ни одной конкретной. Всё это было в прошлом – сейчас они только друг для друга, и в этом только был смысл, один на двоих.

Утром он проснулся первым. Она спала рядом, укутавшись в пуховые одеяла.

Олег оделся и затопил печку. Присел напротив кровати на кресло и стал смотреть, как она спит. Тепло разлилось по маленькой спальне, добралось до середины комнаты. Во сне Лена слегка откинула одеяло. Он сидел и смотрел, боялся разбудить её, хотя очень хотелось. Мысли о вчерашней ночи снова всколыхнули желание, а она спала хоть бы что.

Он накинул куртку, засунул ноги в огромные валенки и, прихватив топор, вышел во двор. Снег валил хлопьями.

Дрова кололись легко, сил было немерено.

Стук во дворе разбудил Лену.

Она прошлась на цыпочках по ледяному полу кухни, открыла входные двери и увидела такую картину: отлетающие дрова, сосредоточенный Олег, снег, медленно падающий на деревья.

Он её сначала и не заметил.

Она стояла в проёме двери в одних плавках, белых, самых простых, и обнимала себя за плечи.

Он бросил полено, снял шапку.

– Ты сдурела, что ли?! Быстро в дом!

Она хихикнула, но не ушла.

– Щас увидит кто-нибудь! Холодно!

Он любовался её красотой секунду, а потом вскочил на крыльцо.

Она завизжала, понеслась в дом – он догнал, стянул с себя куртку, завернул в неё свою Лену и утащил её в койку.

Потом они валялись до обеда, как сытые кот с кошкой, хотя и не ели ничего с вечера. Она гладила его по голове, трогала его густые брови, щекотала кончиком растрёпанной косы ему нос.

– Нууу, я не люблю щекотку, хватит.

Она снова донимала его. Он сел в кровати.