За сладкое приходится горько платить

Говорили, что это разборки между местной и кавказской группировками, которые схватились за право контролировать доходное местечко: местные не хотели уступать казино, а кавказцы норовили подмять его под себя; что было применено автоматическое оружие, что перестрелка шла, как в самом крутом американском боевике, что кровь лилась рекой и на два пальца покрыла пол игорного зала.

Местная пресса, поднабравшаяся приемчиков у столичной, вовсю муссировала вопрос о некомпетентности местной милиции, которая не может-де положить конец беспределу в городе, и призывала на помощь внутренние войска.

Морозов узнал о происшествии рано утром, когда просматривал сводку. Среди длинного перечня случившегося за ночь эти пять трупов выделялись сразу же. Прослышав позднее о стрельбе, он тоже подумал, что произошла очередная схватка за влияние среди расплодившихся в городе криминальных группировок, но потом телефонный звонок от коллеги, которому выпало заниматься этим делом, направил его мысли в другое русло.

– Алло! Морозов? Привет! Это Веселовский!

Редко бывает, чтобы натура человека настолько соответствовала его фамилии. Вечный весельчак и балагур, холостяк, который никак не мог определиться в выборе спутницы жизни, капитан Веселовский к любому самому кровавому делу относился с определенной долей иронии и юмора.

– Помня твои рассказы о неуловимом сверхчеловеке, докладываю: можешь приезжать и лицезреть его шалости. По-моему, он носит с собой ломик и крушит им налево и направо.

Морозов вызвал машину и помчался в казино, благо до него было пять минут езды. Все там оставалось на своих местах, ничего пока не трогали.

– Смотри, какие амбалы, и лежат, словно их сначала усыпили, а потом уже убивали, – гордо демонстрировал трупы Веселовский. – У этих двоих раздроблены коленные чашечки и височные кости.

Майор внимательно осмотрел каждый труп и пришел к заключению, что работал большой мастер. Удары были нанесены точно, и, действительно, создавалось ощущение, что били чем-то тяжелым. Каждый удар в голову был смертельным. Ни одного лишнего.