Вокруг и внутри

ВОКРУГ и ВНУТРИ

Софья Бабак

Этот сборник – о познании жизни. О том, как призма нашего восприятия меняет мир вокруг и меняется вместе с ним. Он о переплетениях волн: души, радио или океана, о любви: вне людей или сквозь них, о чувстве надежды на закате или внезапной ностальгии по тому, что существовало лишь в твоей голове. Этот сборник – трибьют юности и внутренним штормам, Аллену, Оливеру, Афродите и многим другим, благодаря кому эти штормы имели место бушевать.

ВОКРУГ и ВНУТРИ

Софья Бабак

© Софья Бабак, 2021

ISBN 978-5-0055-0668-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Заново

Я не узнал себя в зеркале, луже,

Cтекле запотевшем машины,

Исчез из привычной одежды парфюма привычного след,

И люди, которые знали падения и вершины,

Теперь никогда не разделят со мною обед.

Мой якорь оторван и выброшен в синее море,

Он мне показался балластом, свободу душил,

Теперь мне опора – лишь бурные серые волны,

И мир, что под ними, что полон подводных страшил.

Но я

Не могу отыскать в себе страха —

Мне так опостылело берега вдоль ходить,

Я жить не хочу по изданиям альманаха,

Я карты небесные заново буду шить.

октябрь. 2019

Любовью

Я занимался любовью в парке,

Со сборником Брэдбери, тонущим в мареве солнца,

И там, где у озера лебеди не улетают,

Я помню любовь в виде осени, что не очнётся.

Я занимался любовью в соседнем подъезде,

Пока не забилась в истерике

соседка,

Которой я пятый час излагал стихи,

Глупая, сочла меня за бездельника.

И я за любовью, пошёл заниматься в библиотеки,

И очень успешно, там люди – красивее всех,

Любовь в каждом взгляде,

пылающем жаждою до безумия,

Что вперился в книгу с надеждой на скорый успех.

А помнишь, с тобою мы ночь напролёт

О, как изгибались, под арками,

в самых запрятанных уголках:

Пытались найти в лунном свете все красные звёзды

На крашенных сталинских потолках.

И на подоконниках с старым искусственным светом,

Зимою, под классику, убивая своих любимых,

На окне занимался любовью

Я битый час

Рисовал на морозных стёклах поэмы узоров,

Лишь мною одним различимых.

Тем самым мне вышла поездка на море,

и струны гитары,

задетые волосами, сжатыми в конский хвост,

Я пятнадцатый раз в процессе умер от горя

и песен,

что пошлостью б были, окажись хоть на ноту в мажоре,

У любви – и шипов, и роз.