Чарующая магия ненависти

Славик говорил тихо, спасибо, и шёл в свою спасительную обитель, за угол сарая, где крупные слёзы капали на сладкий кусок, делая сахар горьким и не вкусным. Кот утешал Славика, мурлыкая рядом с ним. Славик обтирал липкие руки о траву и вновь шёл встречать свою мамку, его мамку. Он не понимал, что произошло. И не понимал, почему она крикнула ему уходя, ну что, гадёныш, получил. И не погладила его по голове.

Он не понимал, чего он получил, и один раз, когда в их комнате никого не было, даже облазил её всю, но так ничего и не нашёл, кроме засохшей колбасной шкурки, которую кот затащил давно под кровать, да там и бросил.

Папка стал приходить со службы совсем усталый и уже не сидел со Славиком в его спасительных кустах, прижавшись друг к другу.

Соседки говорили между собой о его папке, что он плох, и у него открылись старые раны. Но Славик не спрашивал больше никого ни о чём, особенно папку.

И, когда папка лежал на кровати бледный и тихий, Славик подходил к нему и гладил его по руке.

Папка в последнее время нарушал эту «красоту», но Славик рассудительно думал, что, когда придёт мамка, то папка эту «красоту» быстро поправит.

Соседки жалели Славика и говорили, что его мамка живёт как королева в «квартире», без стыда и совести.

Славику до слёз хотелось к мамке, в эту непонятную ему «квартиру без стыда и совести», где, наверное, мамка грустит без него, Славика.

Ведь тёти говорили о его мамке совсем без радости в голосе, гладя Славика по голове. Славик теперь часто размышлял, что он такое получил, о чём кричала мамка. А, когда он спросил об этом у папки, тот лёг на кровать, закрыл глаза и застонал. Славик напугался и больше не спрашивал.

Глава 2

Лётчики, борщи и банкеты

Антонина выскочила из комнаты, на ходу засовывая ордер на квартиру в свою сумочку. Старший «гадёныш» вцепился в её руку и мешал ей положить ордер.

Чемодан с их вещами оттягивал ей руку и больно стукал по ногам, оставляя на них синяки.

Но вскоре такси затормозило около них, и улыбающийся шофёр проговорил:

–Такой красивой женщине нельзя нести такой большой и некрасивый чемодан.

Измученная ношей, Тонька с удовольствием плюхнулась на мягкое, ласкающее сиденье такси.

– Куда едем?

– На новую квартиру, вот ордер!

Её новый дом оказался рядом, на соседней улице.