Винтики эпохи. Невыдуманные истории

И жизнь Мали завертелась-закружилась: работа… тайные встречи… забота о совместном с Михаилом сыне – Сашеньке… Мать отговаривала от «запретной» любви, не открывала Михаилу двери, но все запоры он сносил за считанные минуты. Так продолжалось до поры, пока из армии вернулись солдаты и в депо устроился Сашко?.

Рыжий, коренастый, он работал на мотовозе, тягловой машине на рельсах. В конце дня мотовоз загоняли в депо, где работала Лиля и куда после рабочей смены частенько к сестре забегала Маля. Пришла однажды и за спиной услыхала смех.

– О! Какие девушки— пушистые! Откуда? – спросил Сашко напарника.

– Да это Лилькина сестра, – отреагировал тот безразлично.

– А непохо-ожи!..

– Мало ли! Одна в мать – другая в отца.

– Какой у неё волос – шикарный!..

– Ты лучше младшую примечай, эта уже пропечатана, – и аттестовал её с наихудшей стороны. – Сына нагуляла… Таскается почём зря…

Рабочих после смены отвозили обычно в душ.

В один из выходных она прилегла на диван к Сашеньке, пригрелась рядом и не заметила, как уснула.

– А Маля дома? – разбудили её вопросом из кухни, где находилась мать.

– Дома, дома! – отозвалась из спальни Маля. – Что? Опять ЧП? Срочно надо на работу?

– Да нет, тут к тебе гости, – подошла мать.

– Что им ещё? – увидела Сашка? с напарником и недружелюбно поинтересовалась: Чего вам?

– Да мы в кино тебя пригласить, – смутился Сашко.

– В кино!?.. А что за кино?

– «Тарзан». Хорошее, говорят.

Так началась их платоническая любовь. Весной в клубе, на танцах, произошла схватка за обладание львицей.

– Выйдем, поговорить надо! – рванул Михаил соперника за рубашку.

Глухой треск разорванной ткани – и у Сашка оголилась рука.

– Ты чего, дурак, охренел? – отодвинул он за спину невысокую Малю.

– Пошли, говорю! – ударил Михаил по обгорелому затылку.

– Ты чо? Больно ж!

– Она моя, щенок! Понял? – наступал Михаил.

Сашко был ниже на полголовы да ещё и смотрелся общипанным гусем, но – изловчился, опрокинул соперника на пол и скрутил ему за спиной руки. Подоспели парни, и драчунов разняли. Глядя в злое лицо Михаила, Маля, не стесняясь, при всех отчеканила:

– Дерись со мной, а его не трогай. И оставь меня в покое. Не люблю тебя больше. Всё! – взяла Сашка за руку и вывела его из клуба.