Самодур. Часть вторая

– Ага! – ехидно воскликнул Дима, а затем и во все растоптав слова своей начальницы, неуважительно спросил. – А Баюн – это его статус или еще хуже, может звание?

– Я все больше начинаю раздумывать над тем, чтобы брать на службу людей с высшим образованием, – задумавшись над словами подчиненного, упрекала Леонидовна своего зама в неграмотности. – Баюн – это кот-людоед, упоминаемый в некоторых русских сказках.

Воронцова словно перекосило от услышанного и он, загадочно посмотрев на меня, спросил:

– Ты с кем на этот раз связался?

– Только как они узнали про Кари? Ведь я никому не сообщала об ее аресте, – задумчиво пробормотала начальница.

Николаевич по-прежнему продолжал с обвинениями смотреть на меня, будто это именно я привел в город этого ненормального. Повернувшись в сторону коллеги, я, нахмурив лицо, недовольно спросил:

– Какие-то проблемы?

– Да, проблемы есть! – возразил агент.

Я все не мог понять, всерьез он говорит или нет. Никогда нельзя быть точно уверенным в том, правду говорят эти начальники или нет.

За столько лет службы у них происходит профессиональная деформация, может быть, еще и деградация. Становится очень трудно прочитать этих людей из-за их каменного выражения лица.

– Ты же переспал с его сестрой! – обвинил меня Дима.

– Ничего не было и хочу напомнить, это она пыталась убить меня, – оправдываясь, огрызнулся я.

Леонидовна не вмешивалась в этот цирк. Она просто продолжала незаметно сидеть за рабочим местом и с тревогой над чем-то размышлять. Видимо, настал тот момент, когда Бакеева потеряла контроль.

– У меня нет времени на пустой разговор, – недовольно предъявил я. Развернувшись в сторону выхода, я стремительно ринулся к выходу. – Я должен найти Карину.

Переступив порог, я закрыл за собой дверь и пошел в сторону лифта. Остановившись у дверей кабины, нажал на кнопку вызова и принялся ждать пока прибудет подъемная машина. Николаевич стоял позади меня, когда постарался успокоить меня, намекая, что с Карой все будет хорошо, а затем уверенно подбодрил меня, что я разберусь с этим психом, как разбирался с подобными дегенератами и раньше.

Иногда мне кажется, что Дима специально перед своей начальницей надо мной прикалывается, поскольку наедине товарищ всегда был вежлив со мной и серьезен.

– Я знаю, – не повернувшись к командиру, согласился я. Затем встав боком к собеседнику, загружено продолжил. – Во время боя с этим парнем, мне удалось поместить в один из его карманов жучок.

Это и был мой план.