Тартарус

– Ты с нами выпить не хочешь?

Саенко криво ухмыльнулся.

– Нет, не хочу.

Бокалы опустились на стол. Лишь я продолжал держать его в руке и упорно смотрел в пышущие злобой глаза.

– Слушай, если что-то не так, ты скажи.

Николай плотно стиснул челюсть и процедил сквозь зубы:

– Радуетесь тут, жрёте в три горла, забот не знаете. А завтра придёт туман и как крысы забьётесь по своим щелям, дрожать будете от каждого шороха.

Я шумно втянул воздух.

– Да, радуемся. И что с того? Ты что предлагаешь?

Мужчина снова полоснул меня полным ненависти взглядом.

– Вломить этим тварям. Выйти и наружу и показать им, кто здесь хозяин.

– Мы не знаем, с чем имеем дело, – возразил я, – сначала нужно понять, что происходит.

Саенко скривились в гримасе презрения.

– Ну да, конечно.

Я собрался снова возразить, но меня опередила Юля.

– Ты чего опять разошёлся – то? – она поднялась из-за стола. – Только и можешь ядом плеваться? Мы тут расслабиться пытаемся, а тебе нужно всё испортить! Успокойся, мы поняли уже, что весь мир перед тобой в чём-то виноват.

Скрипнул стул. Саенко медленно поднялся и поправил очки на переносице. Презрительно оглядев всех собравшихся, он залпом осушил бокал, шумно поставил его на стол и бросил:

– Всего хорошего, – а затем демонстративно вышел из гостиной.

Раскрасневшаяся Юля уселась на место лишь когда в прихожей хлопнула дверь. Осушив половину бокала, она наконец, пробормотала ни к кому в сущности не обращаясь:

– Ну и хорошо, что он ушёл.

Я не мог с ней не согласиться.

Постепенно застолье вернулось в нормальное русло, хотя некоторая неловкость всё равно осталась. Мы болтали о всякой ерунде, рассказывали о нашей жизни и старались припомнить последние события, перед появлением здесь. И хотя стол постепенно пустел, беседа и не думала заканчиваться.

Но в тот момент, когда Володя с присущей ему экспрессией рассказывал очередную историю из своей богатой жизни строителя, между взрывами хохота я расслышал знакомые поскрёбывания в дверь.

Тихонько выйдя в прихожую, я отворил её и встретил на пороге Сельвеня.

– Отдыхаете? – поинтересовался он, бесцеремонно проходя в дом.

– Да. Прости что, не пригласили, ты своего адреса не оставил.

Раздался бесплотный, полный деланого страдания, вздох.

– Да ладно, – Сельвень понурил голову. При этом одна пара жёлтых глаз из трёх продолжала смотреть на меня, – я привык. Совсем ты меня не ценишь.

– Ладно тебе прибедняться, – нетерпеливо оборвал я его.