Касаться и лететь

А уже через минуту заливался смехом бесконечно счастливого человека: «Откуда ты взялась на мою голову?» В эти слова ты вкладывал сумасшедшую силу сексуального влечения молодости, которой невозможно было дать выход с желаемой частотой, ибо плотный график режиссерской мастерской Зиновия Корогодского не предусматривал время на утоление страсти. Ты вдруг прилип взглядом к витрине магазина игрушек на Васильевском острове.

– Тебе что-то нужно купить?

– Кукольную детскую коляску. Две.

– У тебя есть дети?

– Двое.

По четыре с половиной года.

Город вдруг стал серым, вытянувшись и заострившись даже в том месте, где раньше были круглые купола. Стало трудно дышать. Мы зашли в метро.

23 февраля 1984 года.

На третье утро, открыв глаза, ты сразу же сказал:

– Тебе пора уходить.

Безжизненным, бесчувственным и бессловесным, бесформенным сгустком безысходности я перетекла на другой конец Питера в свою постель. Через пять часов Марина нашла меня закованную в боль и слезы.

– Чего ревешь?

– Он завтра улетает.

– Тогда еще несколько часов с ним – это счастье. Вставай.

Марина вырвала меня из океана слез, заслужив мою пожизненную благодарность за этот поступок. Превозмогая всемирное земное тяготение, я встала с постели. Проделав бесконечно длинный путь в пять этажей сплошных ступенек, я спустилась в душ. Через полчаса вышла на Московский проспект. Мы с тобой одновременно вошли в станцию метро «Московская». Я на вход, ты на выход. Я поехала к тебе в гостиницу и сидела под дверью пять часов.

Если бы в мире в этот момент проходил чемпионат по верности среди собак, они бы единогласно отдали мне первое место. Каждая секунда мучительно выталкивалась в вечность. Так, как я, в тот момент тебя никто никогда не ждал. Через пять часов и пять минут пришел твой друг Саша Гребенкин, и на мой вопрос, где ты, ответил:

– Пять минут назад он взлетел.

Расстояние в 3400 км стремительно увеличивалось между нами. Потом ты скажешь, как ждал меня в аэропорту, загадал, что если я приду… Откуда-то доносился голос Саши:

– Ничего, он прилетит осенью, вы встретитесь… Нет, он не женат.

Он ушел от жены к другой женщине, у нее тоже девочка того же возраста, как его дочь.

На следующее утро, провожая твоего друга, в аэропорту я пообещала уверенно:

– Я прилечу к нему. Продам последние джинсы и прилечу.

Постоянное недомогание перешло во что-то большее. Температура мешала ходить на занятия, репетировать.