Касаться и лететь

Мужество изменило мне, и захотелось уйти из иллюзорной жизни в реальность. А на прощание услышать от тебя теплые слова, которые бы грели мою память. В пустом ресторане ты талантливо и вкусно читал стихи Филатова.

Поздно ночью ты ушел от меня. И тут накатило грязное, жадное, мелкое и истеричное, затмившее прошлое, настоящее и будущее. Остались только ярость и желание все уничтожить между нами. Прошедшие три года казались ошибкой идиотки, и возможность обрубить все – единственным спасением. В считанные минуты я оказалась у твоего дома.

Ты не знаешь, кто в эту ночь выстелил ступеньки льдом? Я знаю. Не почувствовав боли от падения, я быстро поднялась. Мое длинное белое пальто было залито кровью. Сердобольный частник, не пожалев салона машины, довез меня обратно. Выслушав мой нехитрый рассказ с сочувствием, он категорически отказался взять деньги. За эти годы шрам на подбородке стал едва заметен, но предостережение осталось навсегда.

Апрель 1987

Три дня в Москве пролетели незаметно. Мы попрощались на мартовском Арбате, переполненном солнцем, счастливым ритмом и молодостью. Но через час ты врываешься в комнату. Желая проводить мой поезд, ты сбежал с занятий.

– Машка, иди сюда. Перестань собирать вещи. Сядь ко мне на колени и слушай. Я должен сказать тебе самое важное. Я тебя люблю. Не суетись больше. Я тебя люблю.

Май 1987

Мы стоим на раскаленном солнцем Калининском проспекте.

– Маша. Уезжай и не возвращайся. Мне это не нужно. Неинтересно.

– Я всегда буду любить тебя и через пять, десять и пятнадцать лет.

– Мне это не нужно. Ни сегодня! Ни через пять и пятнадцать лет.

Хорошенькая брюнетка роет землю в нетерпении, ты быстро уходишь к ней, не оглядываясь. Ко мне подходит попрощаться Гребенкин.

– Саша, ты прости, ради бога, все это на твоих глазах.

– Большая любовь рождает большое уважение, запомни это, дорогая. Береги себя.

Июнь 1987

Меня вызывают из аудитории, где вся группа стоит перед сдачей экзамена. На лестнице – ты.

– Умеешь прожить паузу. Хорошая актерская реакция. Не притворяйся, что не знала, что я в Ленинграде.

– Я не знала.

– Не верю.

– Я стараюсь не общаться с теми, кто мог бы мне сказать о том, что ты приехал. Давно в Питере?

– Три дня.

– Три дня, и ты смог ко мне не зайти?

– Как видишь, не смог. Я ждал, что ты сама появишься. Пойдем отсюда.