Сафонов

 – Пусти, пусти, хватит!

Между двумя «пусти» она успела поцеловать его в губы, затем упёрлась руками ему в грудь, и Аркадий, остановившись, осторожно поставил её на ноги. Как прекрасна была она, раскрасневшаяся, с выбившимися из-под белой вязаной шапочки золотистыми прядями волос! Поправляя их, она смотрела на него весело и строго, как бы повторяя глазами: «Хватит! Довольно!»

3.

Семестр подходил к концу – последний, девятый учебный семестр. Через неделю – Новый год, третьего января – первый экзамен, после этой сессии, тоже последней в их жизни, – преддипломная практика, затем подготовка дипломных проектов, защита и – разлетятся кто куда друзья-товарищи…

Но сейчас об этом, казалось, никто не думал – зачёты, зачёты, завершение в спешке работы над темой в СНО и опять – зачёты… И поразил всех внезапно Витя Кутенко.

– Подождите, ребята! Есть предложение…

Он выглядел несколько растерянно, сильнее обычного двигался кадык на тонкой шее.

– Опять придумал чепуху какую-нибудь? С тебя станется… Некогда, – сказал Чернов, проходя к выходу. Он старался не терять времени даром, много занимался, дома оборудовал целую лабораторию, учился лучше многих других в группе, да и знал по выбранной ими специальности больше, за что и был прозван «профессором».

– Да подожди ты… Я серьёзно… – Витя метнулся к двери, загораживая её собой. – Не орите! Послушайте минуту…

Его настойчивость увенчалась успехом. Шум стих, все повернулись к нему.

– Ну, давай, Витя, выкладывай, – сказал Сафонов, – только быстро.

Кутенко, запинаясь, сказал:

– В общем… это… давайте отметим завтра мои именины.

– Твой же день рождения был месяц назад! – громко удивилась Наташа Стрельникова, профорг группы, всегда помнившая все даты.

– Ну да, – буркнул Витя, – но, во-первых, я тогда болел, а во-вторых, имя мне дали в честь святого, а завтра по святцам как раз такой день.

– Врёшь ты всё, – махнул рукой Чернов. – Ещё нужно проверить святцы. Вот балаболка!

– Вру, – легко согласился Кутенко. – Но, ребята… – он заметно волновался, и его серые глаза смотрели напряжённо. – Ребята, подумайте… когда же мы соберёмся все вместе ещё… Не до того будет.

Эта простая истина мгновенно дошла до всех.