Африканда

Африканда

Вадим Курышин

Книга с рассказами и стихами.

Вадим Курышин

Африканда

Изыскатели

Лишь после нас, когда мы все пробурим

И вглубь земли сумеем заглянуть,

Сюда придут добытчики с прорабом —

Свой первый колышек над нашей скважиной забьют.

Мы едем дальше, а работа наша —

В мороз и дождь, в жару и на ветру —

Нужна для всех, и это значит,

Что мы нужны, а значит, на счету.

Но этот счет, он дорогого стоит

В доверии, оказанном для нас,

И, значит, снова мы уходим в поле,

Всегда с любовью вспоминая вас.

И так сложилось, что девизом нашим

Невыполнимых нет для нас работ.

Идем мы прямо по воде и суше,

И наш девиз: «ВПЕРЕД, ВПЕРЕД, ВПЕРЕД!»

Старый

По заснеженной дороге ехал ГАЗ?66 «Шишига», за рулем которого восседал Вадим Адольфович Братанов. Для коллег и знакомых – Старый, за спиной его из–за отчества еще называли Немец (происхождение отчества простое: бабушка Вадима еще до революции работала в Санкт–Петербурге в прачечной – там и сошлась с немцем-инженером по имени Генрих.

В итоге родился отец Вадима – Адольф Генрихович; фамилию записали по маме. Отец Вадима во время войны пропал без вести в 1943?м.

Был Братанов крутым; седеющий, выше среднего роста, с прямыми чертами лица человек. Характер прямой, резкий; мог при случае и матом обложить за ради бога. Впрочем, матом на буровых не ругались, матом там разговаривали.

Немец всю жизнь проработал в геологических партиях и экспедициях. После выхода на пенсию его назначили на должность старшего бурового мастера.

Стоять у бурового станка стало уже трудновато, ноги затекали, а так вроде и при деле, и ответственность за доставку – дай бог! Возил и выдавал все, без чего не проживешь и не поработаешь: продукты, оборудование, буровые коронки, топливо и прочее.

Уже скоро должны были построить дом, в котором он был одним из первых на квартиру. Жена у Братанова умерла, дочь жила с мужем и двумя внуками в Воронеже.

В молодости Адольфыч был неиссякаемым источником энергии и оптимизма, но судьба его не особенно баловала, так что он быстро научился стойко переносить любые испытания – и в работе, и в личной жизни.

Умел при этом никому не усложнять жизнь – ни себе, ни другим. Во всем оказывался первым, потому как талантлив и умен был в любом деле, за которое брался.

Главный вектор – любовь и доброта к людям. Адольфыч никогда не шел по головам, не шкурничал, подлецам и льстецам рядом с ним не было места.