Архив

Убить его Владислав Петрович, конечно, не убьет, но нервы выговором потреплет знатно – орать на подчиненных он умел отлично, часто практиковал и самоудовлетворял этим что-то внутри себя – орган какой или фетиш. Его поэтому, наверное, сюда и назначили.

Антон шагнул в просторный кабинет, отдавая честь, а внутри думая: «убежать бы, да поздно…»; и не о кабинете, а в целом… О жизни.

Владислав Петрович – крепкий мужчина, от которого каждый прожитый год неумолимо оттяпывал очередную порцию мышц и волос, оставляя подвисать кожу с небольшим слоем старческого жирка под ней и торчать ежиком бледные седые волосы, которые он не пытался зачесывать на залысины, а коротко состригал.

Непонятно, почему и зачем Антон представлял своего начальника голым, а не в подогнанной по фигуре форме, воображал сморщенную кожу, свисающую с одрябших рук, и прослойку жира на пузе, подпертую ремнем.

Полковник молчал, оглядывая Антона с ног до головы, изучая узоры блестящего машинного масла по перепачканной форме и кровоподтеки на болезненно опухающем лице:

– Тебя как вообще сюда впустили-то?

Антон пожал плечами, пряча глаза куда-то в документы на подпись, что толстой пачкой лежали на столе.

– Ты в курсе, сколько времени вообще?

– Примерно представляю, товарищ генерал. – Товарищ генерал шумно выдохнул, чуть с присвистом из легких. Устал смотреть на очередного идиота, что не считает своим долгом следовать расписаниям, регламентам, держать телефон заряженным и включенным, и вообще: будь проклят тот день, когда Антон появился в этом здании вершить правосудие во благо всех обиженных.

Пусть лучше бы оставались изнасилованы и убиты неизвестно кем, чем этот «сотрудник» приносил бумаги с обвинениями. По мнению Владислава, по крайней мере; за них так и так отомстили бы – время звериное же.

– И где ты был?

– Автокатастрофа.

Морщины на лбу генерала на мгновение напряглись, но быстро разгладились – пытается держаться, но уже теряет хватку. Так и руки, сомкнутые за спиной, пока он вышагивал туда-сюда по кабинету, то мелко дрожали, то усилием мышц напрягались, подавляя этот предательский синдром.

– «Автокатастрофа»? Ты слово-то откуда это взял, полудурок? Из толкового словаря или от жирной училки по русскому в пятом классе услышал?

– На Садовом кольце, товарищ генерал… – Руки старого вояки опять вздрогнули, а бровь предательски дрогнула. «Меньше водки по вечерам, меньше водки, товарищ генерал.»

– Ооо, посмотрите, теперь знанием географии блещем! Посмотрите на него.