Герой России

Не один у войны буду я бунтарем,

И глаза мои кровью налившись, блестят.

И встаю в полный рост, и иду на врага,

А за мной уже тенью, не выживший полк.

Где ты Господи там приготовил врата,

Я при жизни своей честно выполнил долг?

И затмением дня пролетела шрапнель,

Эти ядра давно не в цене у войны.

И грызет мою совесть сомнения червь,

Я один остаюсь в том краю тишины.

Серый мраморный пол затуманенных лет,

У окна без воды вся завяла герань.

Каплей мокрой в кровать упадет мне рассвет,

Ну и где ты теперь неподвластная грань.

Отделяешь меня ты теперь от кого,

От судьбы тех ребят, что остались лежать?

Да и мне ведь ненужно всего твоего,

Я готов, и теперь как тогда умирать.

Покосилась доска заколоченных рам,

Занавески давно из газетной трухи.

Сколько знала страна за историю драм,

Только нам опять кто-то вменяет грехи.

И за воздух, что льется парным молоком,

И кристальной зари чистоту ручейков.

И траву что ласкал я тогда босиком,

Неба синь, белизну кучевых облаков.

Только мы ведь теперь не чумазые те,

На коленях своих никогда не ползем.

И нашли мы себя в той сплошной темноте,

Пусть и резали нас, и сжигали в огне.

И живучие мы русским духом внутри,

И, похоже, играть нам всемирную роль.

У нас много такой искрометной любви,

Что очистит врагу зараженную кровь.

Сколько Вас уцелевших осталось

Сколько Вас уцелевших осталось,

Кто пронес на плечах своих ад?

Смерть не раз и не два улыбалась,

И взяла миллионы солдат.

И народ истребляла нещадно,

Не жалея детей, стариков.

Убивали невинных парадно,

Половодьями хлынула кровь.

И огнем выжигая живое,

Вас они не смогли покорить.

Небо вновь над страной голубое,

Вы потомкам позволили жить.

Переживания генерала

Моя жизнь от курсантской шинели,

До больших генеральских погон…

Сколько раз пули рядом свистели,

Но один у солдата закон.

Смерть ничто, где главенствует совесть,

Часовым на посту твоя честь.

За убитых друзей только горечь,

И ранений своих мне не счесть.

Не забыть, как, сгорая, мы жили,

И в кармане последний патрон…

Мы по лезвию бритвы ходили,

Оставляя себя на потом.

Занавесками сгорбилась память,

Ржа разъела отдельным мозги.

И спешат нашу правду охаять,

Не боясь, обнажают клыки.

Рухнул мир… У подножия время,

На коленях скулит пустота.