Сны Черубины

Черубина внимательно слушала молодого поэта, дав себе обещание – однажды присоединиться к столь изысканному обществу избранных.

Алексей уже несколько дней находился дома, но на улицу не выходил, поскольку чувствовалась боль в ноге. Однако он не мог пропустить очередную «Ивановскую среду» тем более, что обещал Чери познакомить её с мадам Чистяковой. Элегантно одетый, с цветком в петлице, он радостно встретился с Черубиной и Николаем, и молодые люди отправились в «Башню». Там предполагалась интересная лекция о «мистическом энергетизме», на которой, несомненно, будет и госпожа Чистякова.

Когда слушатели уже вовсю обсуждали идею «мистического энергетизма», в комнату, шелестя шелковым платьем и раскачивая длинными черными перьями, спускавшимися с полей шляпы, вошла мадам Чистякова. Алексей бросился к ней навстречу, она протянула руку для поцелуя, он склонился на секунду и тут же разразился пышным комплиментом. В ответ мадам обворожительно улыбнулась. К ним подошли Черубина с Николаем, и завязалась беседа, к исходу которой Чери и Анна Александровна были совершенно очарованы друг другом и уже договорились о новой встрече.

Придя в условленное время с визитом к госпоже Чистяковой, Черубина, к своему изумлению, застала у неё архитектора Лишневского. Такое совпадение показалось ей совершенно мистическим, поскольку она ни словом не обмолвилась хозяйке о своем желании с ним познакомиться. Тем не менее, чай они пили втроём.

В эти дни Александр Львович завершал строительство «Дома городских учреждений» и готовился начать новое, чуть менее грандиозное строительство – доходный дом на улице Лахтинской, заказчицей которого была госпожа Чистякова.

Из общего разговора Черубине стало понятно, что Анна Александровна была стеснена в средствах и поэтому критиковала проект доходного дома, предложенный Александром Львовичем. Лишневский терпеливо объяснял заказчице, что речь идет не о покупке нового сарая, но о будущем архитектурном шедевре, который прославит имя Чистяковой на весь город.

Чери чуть задержалась на улице, обдумывая, стоит ли ей нанять извозчика или же немного прогуляться, поскольку день был удивительно тёплым для капризного балтийского лета. Из парадного, тем временем, вышел, на ходу надевая шляпу, архитектор.