Свидание вслепую – Стефан и Амели

Как я мог пропустить эту очаровательную улыбку, эту суверенную харизму? Или его письма сделали его таким красивым для меня? Мне тоже нужно доставить ему удовольствие, его взгляд меня не отпускает. После того, как мы открыли вино, он спрашивает второй раз: «Ты смеешь?» Я должен смеяться, это немного нервный смех. Я нервничаю, но и возбужден. «Да», я отвечаю ему и беру билеты.

Прошло много времени с тех пор, как я в последний раз играл в покер. В общем, если раньше я играл в покер, то это было самое большее за гроши.

Я выигрываю первые три раунда. Стефан потерял пиджак, часы и ожерелье. Я уверен и не уверен в победе. Вне зависимости от того, выиграю я или проиграю, цена будет одинаковой. Мне нужна цена? Ощущение покалывания, которое пронизывает все мое тело, говорит мне. Я хочу его.

Потерял. 4 раунда. Мой браслет, моя цепочка и мои серьги. Я хочу сейчас снять один из моих чулок. «Нет, они остаются, я хочу увидеть их позже», – сдерживает меня Стефан. Сними мой верх.

Я выиграл! Стефан потерял рубашку. У него красивый жилистый торс. Без волос на груди, плоский, хорошо сформированный живот. Теперь только 2 предмета одежды отделяют его от полностью обнаженного. Еще четыре меня, не считая чулок.

Следующий раунд возвращается к нему. Я сняла юбку. Не стоило надевать стринги. Не знаю, заметил ли он. Но он не может отвести глаз от моих чулок, снова тасуя карты.

Потеряли снова. Я подозреваю, что Стефан, вероятно, позволил мне выиграть вначале. Моя рубашка падает, а вместе с ней и последние запреты, которые все еще были во мне.

На лице Стивена написано восхищение. «Какая ты красивая», – говорит он.

Наконец-то снова выиграл. Стефану нужно снять штаны. Я с любопытством наблюдаю за ним. На нем красивые классические черные трусики, которые мне нравятся, в которых ясно виден признак его возбуждения.

Хорошо, что у меня есть одеяло. Я сейчас только в трусиках. Я с трудом могла смотреть на Стефана, пока снимала бюстгальтер. «Замечательно» – это все, что он еще может сказать.

Я голая, за исключением чулок, которые я обещала оставить. Я сняла трусики под одеялом и бросила их через стул на кучу потерянной одежды.