Богиня мётел

Спичка

и ненависть крест накрест нацепив,

она сгорела спичкой на ветру,

наполовину выжгла лейтмотив,

но больше никогда не даст искру,

среди окурков, фантиков, газет,

давно к которым интерес пропал,

имеющих другой менталитет,

на положении шатком нелегал,

вдруг вспомнила залипшие листы

и запах почек, птичьи голоса,

прозрачный сок  в морщинках бересты,

роса в траве, запуталась оса

в причудливом сплетении паутин,

в углу – паук, ленивый и большой,

и где-то там, за лесом, рык машин,

купающийся мальчик голышом

в заросшем озере осокой и тоской

вот по таким же бывшим, как она,

катилась по наклонной, став доской,

потом распилена была, расщеплена

на тысячи считалок для детей,

в коробочках отправленных на смерть,

и вот лежит  и думает теперь,

зачем зажглась, когда нельзя сгореть.

И нах потолок

когда они стучат

отбойным молотком,

и сумасшедший взгляд

и … в общем,  кипятком,

ни времени, ни сна,

без  хлеба, сигарет,

покрышки нет и дна,

нет коников, карет .

и наслажденья нет

когда они молчат -

обиделись (?), ушли (?),

травлю в себе волчат,

босая на угли,

и бесит тишина,

и стрелок тукоток,

я достаю сама

отбойный молоток

и нахер потолок

Богиня мётел

твои глаза  из соли и стекла,

ни шторма в них, ни ласкового бриза,

искусственного моря берег – призма,

непеременчива погода, некапризна,

вода не зеленела, не цвела.

плевком залипли чайки на стекле,

ожогом сигаретным  тлеет солнце,

всё пеплом вместо гальки обойдётся,

и зацветёт, по случаю негоций,

бумажная весна на помеле.

богиня мётел, демон кочерёг,

раскалывая дождевой стеклярус,

жевательного червяка – на парус,

и вместо вёсел  – отражений пару,

и ветру костью в горле поперёк.

Гуппи

еще споем про это и про то

с тобой ли без тебя , елизавета,

не нарушая пропасти заветов

и не гнушаясь  задниц без портков.

запечатлеть ударом кулака

присутствие воздушного пространства,

сняв паранджу  туманности с засранца,

исправив чудака на  м*удака.

и заиграет красками рассвет,

пойдет гулять закат по закоулкам,

а фигли нам, оторванным придуркам,

скрывать , что за душой души-то нет.