Эволюция человечества

 – Мы сольёмся в неге сразу же, как ты получишь доступ на Красную Тару. Я обещаю.

– Пятьдесят лет… пятьдесят грёбаных лет! – патетически воскликнул Хамел и воздел руки к небу.

– Время – ничто, любовь – вечна! – откликнулась Невери и тут же скривилась: у обоих получилось фальшиво. – Отвези меня домой, милый. Я должна обнять родителей, – быстро добавила она.

Вытирая слёзы, Хамел крутанул гашетку, и они взмыли над дорогой выше положенного. Кресло тряхнуло, и Хамел поспешно выровнял курс.

– Я приду к тебе, – прошептал Гримаски и повёз любимую в последний путь.

***

Хамел, сидя на уборочной машине, нёсся по коридору Дата-центра на всех парах. Сегодня очередной сеанс связи с Невери, а он уже опаздывал на четыре минуты. Гримаски влетел в цифровой зал и пробежался взглядом по многочисленным мониторам, висящим на стене. Потом вскинул голову. Окто висел под потолком вниз головой и ковырялся в чёрном ящике, от которого шёл подозрительный запах. Хамел потянул носом: пахло палёным.

– Эй, друг! – Гримаски никак не мог унять волнение, которое поднималось снизу холодной волной. – Где Невери? С ней всё в порядке?

– Я здесь, – раздался мелодичный голос, и Гримаски растаял в улыбке.

Он неуклюже прошлёпал к дальнему экрану и слезящимися глазами уставился на любимую. В мерцании разноцветных искр стояла Невери. На этот раз девушка была нагой, и Гримаски млел, глядя на дивные изгибы её стройного тела.

– Любиимая, – Гримаски смахнул непрошенную слезу.

– Я ненадолго, – Невери покосилась куда-то вбок за пределы экрана. – Тем более, что ты опоздал, и меня уже ждут.

– Я так хотел тебя увидеть… а кто ждёт?

– Так… один знакомый. Ну, всё. Пока, Грими.

– Уже? Так быстро?! А как же… – Гримаски растерянно посмотрел на Окто, спускавшегося сверху с горелой серверной коробкой в щупальцах. – Значит, до завтра, Невери? Я не опоздаю, обещаю!

– Да, до завтра, – рассеянно ответила Невери и шагнула из поля видимости, утащив за собой сноп разноцветных искр.

– Пока, – тихо сказал Гримаски в пустоту экрана.

Невери не пришла в назначенное время, ни завтра, ни послезавтра, ни через три дня. Через неделю она появилась ненадолго, бормоча неубедительные оправдания, потом опять пропала и стала выходить на связь с большими перерывами. Окто иногда по десять минут искал её по всему эфиру, находя в самых непредсказуемых местах.

А потом не стало самого Окто.