Соломенные люди

И хотя на лице Марины не дрогнул ни один мускул, я всё равно понимал, что ей тяжело говорить о своей погибшей матери – последнем родном человеке, который у неё оставался.

– А почему они решили построить свой домик вдалеке от всех?

Марина моргнула, словно бы приходя в себя после тяжкого воспоминания, и провела рукой по своей копне чёрных волос.

– Честно говоря, я и сама толком не знаю, – пожала она плечами. – Бабушка особо не рассказывала про них. Один раз обмолвилась только, что они всегда были нелюдимыми и предпочитали уединение.

Бутылки в багажнике звякнули, когда колесо попало на очередной ухаб. Звук отдался приятным эхом у меня в душе, а запах жаренного на огне мяса, казалось, защекотал ноздри.

– А до ближайшей деревни и правда десять километров? – спросил я, борясь с подступившим чувством голода.

– Точнее четырнадцать, – поправила Марина. – Так что вы сами понимаете: связь так себе, удобства во дворе, а из отопления только печка. Зато есть колодец.

– Ну всё подруга, – усмехнулась Настя, – не томи.

– Кстати, – прищурилась Марина и схватила мой телефон, лежавший в нише на приборной панели, – пятый час едем и ни одной фотографии, – несколькими движениями она активировала фронтальную камеру. – Ну-ка, покажите, как мы едем отдыхать!

Девчонки расплылись в широких улыбках, Коля как всегда скорчил на своём широком лице рожицу, а занятый вождением я только и смог, что бросить сосредоточенный и нахмуренный взгляд в камеру.

Марина продолжала развлекаться с телефоном, фотографируя нас и так, и эдак, а дорога меж тем стелилась и стелилась вперёд. Казалось, это могло длиться целую вечность, и первым не выдержал Коля.

– Может, остановимся? – робко спросил он. – Хотя бы минут на десять.

Я и сам чувствовал потребность размять ноги, так что спустя пару минут машина мягко съехала с дороги и остановилась на обочине. Наша группа, разделившись и тут же разбежалась по сторонам: девочки направо, мальчики налево.

Как это водится, Марине и Насте требовалось больше времени, и, чтобы скоротать время, у на с Колей завязался разговор о всякой всячине, который постепенно скатился к обсуждению дальнейших жизненных планов.

– А как у вас, вообще, дела? – поинтересовался друг, задумчиво рассматривая окружающий лес.

– Да потихоньку, – кивнул я. – Двигаемся.