Рассказы студенческих лет

Захар выбросил гранату из укрытия, и, не дожидаясь пока уляжется земля, выскочил наружу. Перед ним с земли поднимался фашист, который только что разжал уши после взрыва. Захар вырвал финку из сапога, с ходу впорол ему под ребра, стащил с убитого шмайсер и скатился в ближайшую траншею. По брустверу взад и вперед прогулялась короткая очередь.

Захар прицелился в пробегавшего невдалеке фрица и стиснул гашетку. Затвор пусто клацнул – в магазине не было патронов. Фашист обернулся и выстрелил. Захар упал на дно окопа и тут же почувствовал, как сверху на него набросились.

Он стряхнул нападавшего, но сразу получил сильный удар ногой в живот и свалился на спину. Немец навалился сверху и замахнулся штык-ножом. Длинная очередь наискосок пропорола грудь гитлеровца, его тело обмякло и осело вбок. Захар оглянулся. Увайс стоял в проеме дзота с остывающими шмайсерами в каждой руке.

– Лежи, – крикнул Увайс и короткой очередью припугнул немца, высунувшегося из-за бруствера. Тот пригнулся. Захар вскочил и пулей влетел в дзот.

Внутри стояли ящики с патронами и гранатами. За ними – с фаустпатронами. Вдоль стен лежали три трупа – офицер и два рядовых.

– Продержимся, – сказал Увайс, – вали их в проходе. Я прикрою.

Захар уложил трупы один поверх другого у входа, зарядил трофейный автомат и тоже начал отстреливаться. Через десять минут в траншеи ворвались советские солдаты.

Захар сидел на стволе дерева, расколотого взрывом, и жадно курил одну самокрутку за другой. Так близко, как сегодня, смерть к нему еще не подкрадывалась.

Сзади подошел Увайс.

– Не знаю, как тебя благодарить, брат, – проговорил Захар, выбрасывая очередной окурок на землю, изрытую свинцом. – Неужели я и вправду братишке немецкие часы привезу?

Несколько минут оба молчали. Захар закурил следующую папиросу. Увайс смотрел в небо.

– Бога благодари, не меня, – сказал Увайс. – А жизнь не завтра кончается. Я еще на свадьбе твоей лезгинку станцую. Так что даже не вздумай погибать.

– С удовольствием посмотрю на это, – обрадовался Захар.

 – У нас в Сибири лезгинку на свадьбах не часто танцуют.

– А я приеду – все затанцуют. Напомни, как невесту зовут?

– Да не невесту, – рассмеялся Захар, – просто знакомую. Настей зовут.

– Ста-а-ановись! – тяжело расползлось по вязкому воздуху. Захар хлебнул вина из трофейной фляги, Увайс – воды из своей, и побежали строиться.

29 июня 1944 г. началось наступление на Полоцк. В воздухе стояла невыносимая духота. Захар точил саперную лопату.