Крещатик № 91 (2021)

– Ты готов всякую неподвижность объяснить, но это неправильно. Как лечиться будешь?

«Не знаю, как нынче, но еще недавно японцы умели часами сосредоточенно сидеть перед одной-единственной фотографией, постигая подробности и осмысляя целое.

При таком рассматривании уголок двора открывается необозримым пространством твоего сердца». (Из газетной заметки.)

– А давай тебе сердце придумаем? Ну как фокус: вот оно есть, а вот… – девочка руками изображает звуковую трубу. – Весь вечер на манеже – распиленное сердце!

Прямо на ваших глазах всё, что еще не соединялось, тут же соединится! Зрителей со слабыми нервами просим покинуть зал!

– Но я так не хочу.

– Зато ты никого не будешь пугать своей тишиной.

– Дело в том, что я его спрятал, а ты…

– Тебе разве не нравится мое предложение?

– Оно бессердечное.

– Но там есть я! И мы с тобой: на горке с собаками и слёзы от снежного приземления, – вдруг спохватившись. – Там же мой жених… Ты что, совсем его забыл? Тебе так нравился его открытый лоб, прямо «взлётная полоса на авианосце» и шапка набекрень.

Кругом зима, а у него на лице веснушки. Вспоминай, вспоминай…

– Для фокусов память не предусмотрена.

– Мы же движемся к узнаванию. Тебе разве не интересно, как на самом деле всё называется?

– Мне интересно, когда наступит моё выздоровление.

– Вот когда всё правильно назовем…

– Это как украсть Луну, да так, чтобы осталась возможность смотреть на неё, не замечая.

– Ну ты, дедушка, сказанул! Я только догадывалась, а ты уже…

«Когда мне было лет 16–17, привез нам какой-то студент-грек Кукупи фотографический аппарат.

Тогда фотография была очень сложная. Надо было стекло обливать коллодиумом, потом класть в серебряную ванну, укреплять сулемой, сушить; и то же надо было проделывать с альбуминной бумагой. Этот Кукупи, который не играл никакой роли в нашей жизни, был скучен и молчалив, научил меня фотографировать, оставил мне свой аппарат и уехал. Я все лето страстно увлекалась фотографией… и бросила это занятие, потому что начала писать свою повесть». (Софья Андреевна Толстая.)

– Именно сейчас, в эту минуту, я бы хотел увидеть тигра, который не совсем тигр. Вроде бы он – и не он.

– Загримироваться, надеть костюм… И попробуй догадайся!

– Потом дерево – как бы не дерево, солнце – как бы не солнце. Но почему-то хочется поговорить с ними по-человечески!

– Они от этих двойников сходят с ума. Хотя двойники – верный путь к здоровью.