Анни

 – «Лишняя, а ведь ему уже только из-за этой студентки еще нужен этот университет, который он не смог оставить, когда они приобрели металлургический завод, требующий от любого его владельца немыслимых усилий и тем не менее!» Её реакция была так выразительна и машинальна, что стоявший рядом с ней ректор Иштван Рене прочитал с легкостью ее эмоции и к лучшему, что она не смотрела в его сторону, что бы увидеть взгляд полной жалости и неловкости за студентов. Баронесса ослабев, опустилась на стул, ей предложили воды.

– Жарко? —

Услышала она чей-то учтивый голос. Но мысли лихорадочно закрутились в голове, она поняла, что теряет «лицо». Это было недопустимо, пусть даже именно в данный момент в ее сторону никто старался не смотреть.

Ректор Иштван Рене присел напротив – Милостивая госпожа,….. баронесса, вам не хорошо стало?

Она еще не успела взять себя в руки и подняла на него глаза, полные мольбы и страха. Его карие, проницательные глазки впились ей в лицо. Он все, все прекрасно понимал.

– Кто эта студентка? – глухо спросила она.

– Эта известная красавица нашего университета, Анни Милешевская.

– Она из высокородных?

– Не знаю, баронесса, я могу узнать для вас все.

– Баронесса закрылась веером.– — Я вас прошу, вы шикарно будете отблагодарены. Пусть ее больше не станет в университете. Совсем, совсем.

Иштван Рене оторопело откинулся на спинку стула, глазки его заморгали и в них промелькнула недоверчивость.

– Милостивая госпожа, может вам все показалось? Через четыре месяца они выпускники и вы ее больше не увидите.

– Ваше сиятельство, четыре месяца, это слишком много…. А благодарность моя не знает временных границ. Она слишком дерзка, это недопустимо! Сделайте, прошу вас, что- нибудь. – но все еще читая в глазах Иштвана Рене удивление и нерешительность, добавила – Я не для того участвую в финансовых мероприятиях вашего учреждения, что бы затем получать от его учащихся, учащихся, мисье, даже не от ученых мужей, в отношении себя наглость и фамильярность.

Он помолчал. Опустил глаза. Но потом тихо сказал – Вы мне позвоните. Я готов, но может ваши эмоции улягутся, утро вечера мудренее.

А вихрь кружил их внутри зала, по кругу, но для них время остановилось.