Сочинения. Том 10. Антидепрессант

Рука, подлая, сама инстинктивно тянулась, – чертовщина какая-то. Думал потом найти хоть какую-то замену.

Прочитал где-то о четках.

– Ты что? Мусульманин?, – спросил сосед из дома по-соседству, – Чего тогда спиртное употребляешь? Смотри, у нас в Израиле к чёткам отношение неравнодушное и подозрительное.

Заметив на себе ещё пару угрюмо-вопросительных взглядов на улице, я решительно засунул чётки в карман. И поглубже.

– Жалко, – подумалось с тоской, – удобная все же штукенция была. Вдобавок, пришлось тогда в Иерусалиме отстегнуть за неё целых пятьдесят шекелей.

Чётки были очень приятны на ощупь и сделаны из какого-то прозрачного голубоватого пластика, больше похожего на настоящий полудрагоценный камень.

Пальцы, будто сами по себе, автоматически и легко перебирали гладкий прохладный материал, громко щёлкая чётками одна о другую. И касания волшебны, и звук нравился, и руки пристроены.

– Надо же! Мусульманином посчитали. Еще и в подозрениях напряглись.

Достойной замены чёткам найти не удалось.

Пришлось возвращать к жизни старую добрую ручку. Склеивал и переламывал ее каждый раз, когда заканчивался очередной стержень. Выбрасывать ее не хотелось, никак.

Помню, как новой, эта ручка попала в наш тираспольский дом, впервые, ещё в советское время. Тогда она случайно завалялась на самом дне посылки от заграничных родственников.

Одновременно нам прислали и добротный шерстяной отрез. Из него тетушка Роза немедленно придумала пиджак для моего грядущего выпускного вечера.

– Материальчик-то, заграничный?, – закройщик дома быта, расположившегося на улице Карла Либкнехта, неподалёку от нашей одиннадцатой школы, подозрительно прищурился, – все с вами понятненько

Сняв мерку, он кинул в соседнее окошко бумагу с колонками цифр и крикнул,

– Валя, оформи их по полной! Материал – по наивысшей, цены – по самой дорогой категории. И все такое.

Увидев в итоговом счету « все такое», тетушка побледнела.

– Две пенсии только на пошивку отдать придётся, – помертвев прошептала она.

Мы решительно легли на обратный курс. Поравнявшись с дверью продуктового, Роза, вдруг, остановилась и решительно развернулась в обратную сторону

– Ничего! Пару месяцев на кефире поживу. Это даже полезно. Возвращаемся! Я обещала справить тебе пиджак к выпускному ещё тогда, когда ты в седьмой класс ходил.

Вот пенсия скоро придет, – успокаивала она себя. Целых двадцать восемь рубликов.