Мертвый герой

Слухи с каждым днем становились все более тревожными. Первая серьезная битва между мертвыми и живыми где-то на севере завершилась сокрушительным поражением последних. Поговаривали, что от нашей армии остались рожки да ножки. Король попросил помощи у соседей, пообещав отдать им завоеванные генералом Максимусом территории. Соседи согласились забрать свое, но помогать не торопились. Ждали, пока мы сами себя уничтожим, а тогда и договариваться будет не с кем. Заберут и свое, и еще чего-нибудь прихватят под шумок.

Король с генералами сбежал в столицу (благо она была на юге, в центре страны, далековато от боевых действий), окопались и принялись обдумывать план, как победить мертвяков. Напоследок приказав всем приграничным замкам костьми лечь, но остановить вражескую армию… Ха-ха. Кости-то не свои, не жалко.

Интересно, как мы сможем остановить огромную армаду? Наш гарнизон насчитывает тридцать солдат, половина из них малолетки, чуть постарше меня, пришли служить из соседних деревень и не умеют даже заряжать пушку (она у нас, кстати, всего одна).

Отец честно постарался выполнить указ короля. Закупил у соседа несколько тонн угля. Запасся порохом, соломой, смолой, зерном и приготовился к осаде. Нам – маме, мне и младшим сестренкам велел собираться в дорогу. Все более-менее ценное (вместе с нами) погрузил в дорожную карету, запряженную четверкой гнедых, и отправил на юго-запад, в замок дяди, старшего брата мамы. У него и стены были повыше, и гарнизон помощнее. На мои вопли о том, что я хочу сражаться, никто не обратил внимания.

Естественно, я не собиралась никуда драпать. Еще чего не хватало! Как же я совершу подвиг, если буду прятаться у дяди? На первой же ночевке на постоялом дворе, переоделась в предусмотрительно прихваченные с собой штаны и рубашку. Забрала из конюшни одну из наших лошадок и улизнула обратно в замок, помогать папе обороняться.

Добралась я поздно ночью. Прошмыгнула внутрь через потайной ход и завалилась спать в своей комнате с чувством выполненного долга.

– Я оставила маме записку. Они не будут волноваться! – оправдания выглядели так себе, средненько.

Мой спокойный уравновешенный отец, которому было бы лучше лечить людей, преподавать в школе, чем командовать гарнизоном, впервые на моей памяти страшно разозлился.

– Да не в том дело! – орал он. – Сюда идет огромная армия. Разведчики доложили, что к вечеру основная часть будет здесь.