Мусор

– Ну, может, есть у кого спросить… Тётя Клава вот в курсе всего!

– Ой, какой там в курсе! – раздражённо махнула, как бы приказывая ему помолчать, мать. Потом добавила. – Можно у Ангелинки узнать, но она теперь спать будет полдня, – рука небрежно указала на стену, отделявшую их от той комнаты, где стояла кровать сестры.

Дальше завтракали в молчании. Потом Саша снова не знал, куда себя девать. Он пробовал смотреть телевизор вместе с мамой, но это просто обескураживало своей пошлостью, и ему не хотелось думать, зачем она, неглупая вроде женщина, всё это смотрит; и он ушёл в комнату, где сильно пахло перегаром, отец выводил уж совсем фантастический храп.

Ему казалось отчего-то неловким достать сейчас компьютер и начать работать, да и сложно было представить, что ему делать и как в такой странной обстановке. Поэтому он снял с полки учебник одиннадцатого класса по физике и стал читать о чёрных дырах, витая мыслями где-то вдалеке, снова перебирая поочередно и Таню, и Борис Борисыча, и свою квартиру, и сломанную ручку, и планы на поездку за границу, и близящийся день рождения приятеля, на который он так и не определился с подарком.

Примерно в полдень дом вдруг озарили грубые ритмы современной танцевальной мелодии – зазвонил Ангелинин телефон. Все разом заворочались, начали фыркать, озираться. Ангелина с точечным стуком, отвечая на звонок, пробежала и скрипнула вдали дверью в ванную, где быстро зашумела вода.

Пока отец с братом возвращались к реальности, почёсываясь, вздыхая и даже приглушённо матерясь, переворачиваясь с боку на бок, чтобы снова задремать, в комнату вошла мама, вытирая руки клетчатым кухонным полотенцем.

– Встали? Эта в ванной?

Она беспокойно выглянула в коридор.

– По телефону говорит! – ответила сама себе. – Вот зараза, на два часа опять засядет!

– Пусть сидит, – лениво протянул, высовывая всклокоченную голову из-под одеяла Дима. – Нам пока туда не надо.

– Нам! – подперев рукой пышный бок, язвительно прикрикнула на него мама, возвышавшаяся над его проходным креслом в дверном проеме, словно гора.

 – А ты здесь один?

– А кому надо? – недоуменно и искренне обернулся Дима на притихшего, как будто опять уснувшего отца и полностью одетого Сашу.

– А курить ты на улицу пойдешь?!

– Ты ж запретила в туалете курить… Пока, – он снова выразительно оглянулся на приехавшего брата и прервался.

– Ладно, – согласилась и мама. – Есть что будете?

Ответа не последовало.