Ковидалипсис. Книга 1. Новый Разумный

Очень хорошо, что их деятельность практически устранена. Так, о геноциде: лет десять назад этим негодяям удалось проникнуть на один из заводов. Они пытались взломать управление процессами производства, но это не удалось. И не удивительно!.. Тогда террористы поступили как варвары: перерубили кабели, изолировали завод от всех источников питания, в том числе аварийных. Погибло около десяти тысяч Новых, находящихся ещё в «утробе»… геноцид.

140-й молчит, ожидая от 501-го ответ. Тот из вежливости кивает, и тогда рассказчик, улыбнувшись, продолжает:

– Теперь половину работы на заводе – самую ответственную – выполняем мы, люди.

И даже если отключение энергии повторится, работники смогут обеспечить нормальное функционирование предприятия… А знаешь, насчёт частичной отмены автоматики у меня есть своя гипотеза. Ведь когда-нибудь человечество полетит в космос, так?

501-й с интересом поворачивается к собеседнику. Тот молчит, хитро смотрит. Понимает, что заинтересовал.

– Продолжай, – говорит 501-й.

Тогда 140-й с гордостью и с ещё большим энтузиазмом сообщает:

– Люди прилетят на другую планету, и им нужно будет размножаться. Значит, без заводов никак. Поэтому требуется их построить. Дроны-строители смогут возвести здание, обеспечить питание и работу. Но даже Система порой ошибается, нельзя полностью доверять машине. Ею можно только управлять. Поэтому люди незаменимы на Заводе.

– А у меня своя гипотеза, – разочарованно говорит 501-й, аккуратно ввинчивая чип в голову новорожденного.

 – Просто любому ребёнку нужны тёплые человеческие руки.

– Транзит с четырнадцати часов десяти минут по четырнадцать часов сорок шесть минут из точки А: завод по Производству Себе Подобных, ЗПСП номер четыре, холл и по всем направлениям отменён в связи с неисправностью на узле. Пассажирам просьба ожидать в холле.

501-й вздыхает. Из-за небольшой задержки на рабочем месте ему придётся ждать целых полчаса. Радует, что он не один – вокруг около двадцати таких же работяг.

В просторном холле завода светло: огромные лампы по стенам освещают помещение золотистым светом, а высокий потолок погружён во мрак. В нём растворяется верх огромных белых колонн, закрученных в спираль. Пол выложен большими серыми плитами, украшенными китайскими иероглифами. Выход – небольшая стеклянная дверь. Ей уже давно никто не пользуется: Новые редко выходят на улицу, если только работа обязывает.