Миллионщица

Сказала – мясо с утра увезу, шкуру, требуху, сразу же закопаем. Идём, там ничего хитрого нет, покажу чего и как делать, часа за два-три управимся. Потом ещё самогоночки выпьешь. Иди, она в холодной стайке стоит, колун прихвати, а я ножи возьму.

Кроме ножей, Клавдия взяла приготовленные в предбаннике тазы, клеёнку, брезент лежал уже в стайке.

Включенный свет поднял приблуду на ноги, и она, мигая, непонимающе смотрела на незнакомых людей. Василий стоял в нерешительности.

– Никогда коров не резал. Свиней – знаю как, а коров… Ей куда нож втыкать – в сердце, в горло?

– Погоди, привязать надо.

Клавдия сноровисто оплела верёвку вокруг молоденьких рожек, обмотнула столб, стянула узел.

– Бей обухом в лоб, да посильней, что мочи, потом горло перережь, только не сразу, а как затихнет – копытом ударить может, – учила всеведущая супруга, отходя к двери.

Вася взвесил в руках колун, подошёл к тёлке, злая самогонка придала сил и решимости. От сокрушительного удара несчастное животное присело на задние ноги, рванулось в сторону и завалилось замертво.

Сложив разрубленную тушу в багажник «Жигулей», протрезвевший Вася зашёл в баню. Клавдия жарила на плитке печень и грела кипятильником воду в ведре. Обещанную бутылку выпил под свеженинку. Сама Клавдия в эту ночь почти не спала – застирывала закровяненную одежду, мыла клеёнку, присыпала кровь соломой, натаскала всякого хлама на свежезасыпанную яму. Спозаранку подоила корову и в восемь поехала к Артуру. Здесь пришлось часок подождать, – владелец пищеточки появился в конторе в десятом часу и вначале занялся своими делами.

– По одиннадцать приму.

Клавдия хмыкнула.

– По тринадцать же принимаешь.

– Всё-то ты, красавица, знаешь. По тринадцать клеймёное беру. А у тебя где клейма?

– Клейм нету, потому что вечером ногу сломала. Что ж, скотине до утра мучиться? Где я ночью ветеринара возьму?

Кавказец ухмыльнулся, развёл руками.

– Это, красавица, твои проблемы. Скажи спасибо и на этом. Беру потому, что женщине отказать не могу. У мужика бы не принял – все холодильники мясом забиты.

Спор вести было бессмысленно, Клавдия согласилась и сделала вид, что за такую цену мясо от сердца отрывает.

– Ладно, только деньги сразу. Мясо есть кому таскать, или женщине придётся?

Дамский угодник засмеялся.

– Перетаскаем, дорогая, перетаскаем.