Миллионщица

Лицо его дамы имело форму правильного овала, но было довольно скуластым, кожа у глаз потеряла свежесть, а возле губ укоренились морщинки. Да и сами губы отнюдь не обещали жарких поцелуев. Назвать Клавдию восторженной особой, способной вскружить голову романтическими образами, мог, пожалуй, только марсианин, к племени совратительниц она не принадлежала. Но что-то в ней было. Возможно, это «что-то» таилось в зелёных глазах, ассоциирующихся с омутом, который затягивает, словно бездна, или в интонациях обволакивающего голоса, гипнотически подавлявшего волю? Одним богам известна тайна, почему мужчина может равнодушно пройти мимо аппетитной очаровашки, а угловатая особа с невыразительной фигурой способна обворожить его до беспамятства.

Доставив Лидию Фёдоровну домой, Клавдия зазвала Васю отобедать. Гость со здоровым аппетитом поглощал наваристый борщ, щедро заправленный сметаной, сырники, и внимал хозяйке. В очаровавшей Васю женщине уживались два, на первый взгляд, несовместимых начала – холодный, изворотливый ум и вдохновение, граничащее с фантазёрством.

Заботливый ангел-хранитель (или демон?) нашёптывал своей протеже: чтобы добиться расположения людей, очаровать их, принудить внимать себе, нужно поразить их воображение чем-то грандиозным, выходящим за рамки серой жизни. Порой она до того входила в роль, что сама верила собственным прожектам, называемым ею, про себя, конечно, пустобрёхством.

– Не дом построю, а терем. По углам срубы поставлю, как отдельные домики, каждый со своим куполом, как у башен, соединю всё стенами под шатровой крышей.

Вася, облизнув с губ сметану, хихикнул.

– A в теремах что заведёшь?

– В теремах любовников держать буду, – осердилась Клавдия за прерванную мечту.

– Сметаной кормить будешь я один справлюсь, – незаметно для себя парочка перешла на «ты».

– Ишь ты, шустрый какой. Ростом не вышел.

Вася не остался в долгу.

– В этом деле главное не рост и размеры, а работоспособность. А я шибко до работы охочий.

Клавдия покачала головой.

– Весёлый ты парень, как я погляжу.

Вася управился с сырниками, взялся за чай. Для начала набухал в чашку смородинового варенья, отпил половину, отёр пот со лба.