Антипоэзия. Стиходелии разных лет

Ещё одно холодное утро

Добивает бейсбольной битой

Агента, прикинувшегося покупателем.

[4]

Абсолютная истина залегла безголовой селёдкой в подсолнечном масле

На столе в кухне, поигрывая жирной тушкой в ядерном солнце холодного утра.

А мы, словно кошки, оголодавшие на колбасных очистках и пролитом на пол кефире

Ходили вокруг да около с вытаращенными зелёными глазами.

[5]

Когда император закончил рукопись Канона поведения подданных, ему аплодировали стоя.

Казалось, что даже сам Джа одарил его сахарной, белозубой улыбкой.

Император в ответ пыхнул опиумом из монгольского мундштука

И приказал охране ввести на допрос захваченных Пожирателей Букв.

Фрунзе

[1]

Метр с кепкой приподнялся со своего стула и вылил кружку пива мне на голову.

Я не потерпел расточительства и припечатал его кулаком.

При таком движении воздушных масс из бара пулей вылетел чекист на мотоцикле,

Задавив при этом идущего к правде неторным путём Льва Толстого.

Туман был сметаны гуще – за полсажени не видать собственных пальцев —

Японская эскадрилья налетела мультипликационным вихрем на коровье стадо.

Красное солнце, белое небо флага их рвались по ветру, словно молоко из груди ретивой кормящей матери.

Флотилия прудовых улиток обстреляла японцев, и дымящиеся, хорошо прожаренные самураи западали с неба.

[2]

Ни ежа, ни енота не было у юннатов.

Аляски, Калифорнии и Техаса не было у Соединённых Штатов.

У России же не было Сибири, Дальнего Востока и Курильских островов.

Африка на эту небывалую симуляцию исторических картин пожертвовала гиен и львов.

Слово было за Австралией, но последняя прикинулась

Кишкой для выброса отходов Земного шара

И отказалась пожертвовать жетон-другой на общее дело.

Кашевар подбросил угля в печь, цианистого калия – в котёл с кипятком.

Чёрные обезьяны перекочевали с Ирано-Иракской границы

И ушли в далекое-близкое прошлое косяком

Птиц, сложенных из бумаги умелыми руками монреальского клошара.

[3]

Динозавр насрал кучу и чуть ли

Не затопил самолёт с политическими деятелями Якутии.

Конституционная демократия рухнула,

Как перебравшая кокаина голая,

Падающая на чёрный рояль тётя Катя Распутина.

От лиц изнасилованных старушек

Перед глазами, как от мухи назойливой, не отмахнуться —

Ронял карты на стол обессиленно

Маленький урка по кличке Фрунзе.