Следователь по случаю

– Адиль это! – угрюмо сказал Ербол, посмотрев куда-то в сторону.

–Вот чё ты лезешь со своими пятью копейками? – резко прикрикнул на него Марат. – Ты знаешь что ли, какая машина была? Где ДТП произошло? Что наговаривать?

– А что тут гадать? – взбунтовался разгорячённый алкоголем Ербол. – Что гадать? Кто ещё на джипах гоняет? Викторович что ли?

– Короче! Я тебе как должностное лицо говорю – пусть компетентные органы разбираются!

Ербол пробурчал что-то на казахском, выбросил окурок и ушёл в дом.

– Сегодня главное, что все живы и здоровы! – подытожил Марат.

 – Отдохните с дороги. Завтра погода улучшится – вызовем гаишников. Вот тогда и определится кто и когда. Верно?

Все согласились с его аргументами и заспешили вернуться к столу, а Марат тем временем достал телефон и выскочил на улицу, стараясь поймать сигнал.

За столом было шумно и весело, Тихон поглядывал по сторонам осоловевшими глазами и улыбался каждой шутке. Калдырбек пытался призвать всех к порядку, но тут же начинал смеяться сам вместе с остальными.

По всей видимости, кто-то стал травить сальные шуточки. Павел не понимал, над чем смеются.

В это время со своего места поднялся Хмельных. Он поднял большой фужер с рубиново-красным вином, собираясь произнести тост. Все тут же замолкли, уставились на директора. Из соседней комнаты даже выглянули две женщины в передниках, которые видимо были поставлены кухарить.

– Любочку я знаю уже много лет, начал Алексей Викторович с расстановкой. – Сработались мы сразу. Очень она человек обязательный и аккуратный, всякое дело доканчивает обязательно.

А мне это всегда нравилось. Я сам себя к этому приучал. Решился – делай. Начал – закончи! Именно таким и должен быть главный бухгалтер. Но ведь она ещё и человек….

– Повесился! Колесов повесился! – истошный крик с лёгким акцентом вдруг прервал речь директора.

Хмельных только перевёл удивлённый взгляд с Любочки на вбежавшую женщину, а все остальные повскакивали с мест.

– Как так? – с той же расстановкой спросил сыродел, машинально выпив до дна алый как кровь напиток.

Но теперь его уже точно никто не слушал. Все гости, шумно галдя, ринулись к дверям. На крашенный деревянный пол падали табуретки, звенели столовые приборы, послышался звук разбитого стекла. За столом остались только Павел с Тимофеем и ошарашенная Любовь Антоновна, которая с удивлением смотрела по сторонам.

– Ну, пошлите тоже! – наконец выдала она, с трудом поднявшись на ноги.

Парни последовали за именинницей.