Герой поневоле

Иван Иванович пристально рассматривал личные вещи уфолога. Ничего особенного: бумажник с деньгами, дорогие складные очки в футляре, дорогая перьевая ручка Parker и небольшая записная книжка. Еще был мобильный телефон, над которым трудились эксперты. Он слишком долго пробыл в воде, и из него навряд ли удастся получить какую-то информацию. Оставалась только промокшая насквозь маленькая записная книжка и блестящий металлический брусок размером с маркер. Книжку следовало хорошенько высушить, а потом постараться разобраться в расплывшихся чернильных кляксах, но время не терпело, и Лесков положил книжку в толстом целлофановом пакете и брусок к себе в борсетку.

Лавируя по узким улочкам, словно заправский стрит-рейсер, Лесков не переставая думал о деле. Нужно было пробить по базе данных этот джип, нужно искать тех, кто может вывести на черных копателей. Не мешало бы и с московскими коллегами переговорить. Вполне возможно, что все следы ведут туда.

Подполковник припарковал свою «приору» довольно далеко от дома.

Иван Иванович просто спиной почувствовал опасность. Он торопливо направился к дому по неосвещенной дорожке вдоль детской площадки. Сыщик еще не знал, что вызвало у него это чувство тревоги. Он попытался вспомнить, что видел, въезжая на стоянку. Точно! Прямо у въезда стоял черный БМВ с теми же или очень похожими номерами, которые он видел тогда возле болота.

Если это действительно та машина, если эти люди замешаны в убийстве Ковтуна и, наконец, если они следят за ним, за Лесковым, то возвращаться сейчас на стоянку ни в коем случае нельзя. Иван Иванович решил, что не будет пользоваться лифтом и утром проверит свою машину, прежде чем ехать на работу. Сейчас бы очень кстати пришелся пистолет. Полицейский взял свою небольшую сумочку в левую руку, чтобы правая на всякий случай была свободной. Так было бы легче защищаться в случае внезапного нападения.

Он с опаской вошел в темный проходной подъезд, огляделся. Здесь было тихо. Подозрительно тихо. Лесков сделал несколько шагов по ступенькам лестницы и вдруг замер. Кто-то наверху вызвал лифт. В этом не было ничего странного, если бы не странный звук на площадке выше. Там определенно кто-то был. Иван Иванович прислушался и стал медленно спускаться вниз. Он еще не знал, что будет делать, но был уверен, что пешком идти наверх не следует.