Герой поневоле

Это было бы выгодно и для Земли, с ее народами, и для космического сообщества тоже. В специальном сейфе лежало множество пакетов документов на разные имена, но все они были вымышленными. Лысый человек мечтал наконец обрести имя. И желательно, чтобы перед ним стоял титул «император планеты Земля». Никакое теневое правительство не может дать такой власти. Именно власть, всевластие кружит голову тем людям, которые могут мыслить. Не зря говорили, что думают только два процента людей, три процента думают, что они думают, а остальные девяносто пять процентов скорее готовы умереть, нежели начать думать.

Лысый прошелся по своему небольшому, темному кабинету. Не могло и в этот раз не получиться. В этот раз все должно было быть нормально. Такой шанс выпадает только однажды в жизни, и если прежние правители оказались неспособны на решительные шаги, то у него хватит решительности, даже если Земля после этого погрузится в пучину ядерной зимы.

Глава 13. Бразолеты. Ангелы

Когда свет стал нестерпимым и «Урал» полностью перестал слушаться управления, Глеб понял, что падения не избежать.

Он попытался сгруппироваться, но ничего не вышло. Мотоцикл скакнул не хуже удалого мустанга и сбросил с себя наездника. Глеб подлетел в воздух на два метра и приземлился на спину, со всего маху ударившись затылком об асфальт. После этого он ничего не чувствовал, тело, которое силой инерции продолжало тащить и метать по асфальту, безвольно обмякло. Не почувствовал он и когда двухсоткилограммовый мотоцикл приземлился ему на грудь, ломая ребра грудной клетки.

Уже через минуту все стихло, мотор «Урала» заглох, и только заднее колесо продолжало быстро вращаться. Свет фар, в котором случилась эта страшная авария, померк, что-то большое и темное беззвучно поднялось над дорогой. Объект не двигался, зависнув в воздухе. По нему пробежала едва различимая волна, и он стал невидимым.

Глеб открыл глаза, удивляясь тому, как легко себя чувствует, как ясны мысли в голове, как легко дышится. «Это только шок, – подумал он.

 – Стоит пошевелиться, и тело будет сковано нестерпимой болью».

Некоторое время он лежал неподвижно, соображая, что это за эсминец кружит над дорогой. Объект завис, казалось, прямо над ним и закрывал почти весь небосвод, который Глеб мог наблюдать.

Он попытался пошевелить руками и ногами, что удалось ему абсолютно безо всяких усилий и неприятных ощущений. Скорее наоборот, ему казалось, что такой легкости в теле он не чувствовал никогда прежде.