Мир в ладони

Во-вторых, мы – я имею в виду человечество, а вовсе не тебя, дуралея, – вышли в то поле мышления, когда диалог с внеземной цивилизацией возможен.

– О, опять таракан! – Сергей указал коллеге на бегущего по стене таракана.

Леонид Михайлович выругался и, скинув тапок, размазал насекомое по стене.

Сергей усмехнулся.

– Михалыч, вот ты можешь объяснить таракану, чтобы он уходил отсюда? Ну, или там жил в определенных местах. Если повесить огромную вывеску над дверью «Тараканам вход запрещен», они перестанут здесь появляться?

– Мы не тараканы.

– А они, – Сергей указал пальцем вверх, – не люди. Вы с ним ладите во время этого самого хлопка тапком. Ты убил паразита и навел порядок, а у него произошло наиважнейшее событие в биографии.

– Смешно, но знаешь, не заткнуться ли тебе? – Леонид Михайлович мрачно уставился в монитор.

– Ну вот, со мной поговорить не можешь, чуть что – сразу в кусты, а все туда же, – Сергей ткнул в монитор и зевнул.

– Разговаривать с тобой – только время тратить. Пойми, человек ты ог-ра-ни-ченный!

– А вдруг я притворяюсь?

– Кем?

– Собой.

– Это чтоб охранником работать и зарплату маленькую получать?

– Чтоб быть незаметным, не привлекать любопытных.

– Мда, – отмахнулся Леонид Михайлович, но через некоторое время спросил: – Ну хорошо, если ты притворяешься тупым охранником, то кто ты настоящий?

– А что, если пришелец?

– Ну-ну, пришелец из Бибирево!

– Так это маскировка. Может, меня прислали наблюдать, собирать информацию?

– В этом НИИ только и собирать.

– Так не о науке, Михалыч. С наукой у нас все ОК, между галактиками летаем, если можно так сказать.

– И в чем твой интерес?

– В обитателях этой планеты. Специализируюсь на том, что вы называете душами. Их, конечно, нет в том виде, как это представляется большинству местных жителей. Трудно переводить очевидные для нас смыслы на примитивный язык поумневших приматов. Для более развитого ученого из другой галактики сознание муравья и человека отличается нюансами, но для узкого специалиста по антропологии разница очевидна.

– Ты это чего, Серег, шутить со мной решил, слова умные выучил?

– Не совсем. Не я решил, просто все мы, что люди, что пришельцы – пешки бесконечно огромной шахматной партии. – Сергей усмехнулся. – Кажется, у меня получается освоить язык метафор – одно из суррогатных лингвистических явлений, возникшее на фоне понимания примитивного разума собственной ограниченности.

Леонид Михайлович поднял бровь.