О том, как ты была всегда

Особенная черта истинной поэзии – передавать впрямую нечто до того, как это понято умом. Ведь возможно, что язык поэзии и есть тот искомый протоязык? Не об этом ли следующие строки, которые как будто сообщают что-то не словами, а цветом и звуком? Не это ли ещё «не понятое умом» подразумевается под «вестью голубиной»? Впечатление такое, что мы узнаём место. О, это удивительное качество стихов – когда, даже не вполне понимая, знаешь всё.

Та дорога с гулким небом,

по какой спешил пешком

в магазин за чёрным хлебом

и за белым молоком,

в пору вести голубиной,

в эру детства и родства —

ты такой казалась длинной

и понятною едва.

Конечно, культурный слой, перепаханный поэтом, велик. В традиционных стихах без этого не обойдёшься. Но всегда в узнаваемое привнесено своё. В его поэзии много лиричности. От этого иномирность кажется очень «домашней» и пронзительной.

Знал да стыл зимою этой

за окном через стекло

дворник-прожитое лето,

дворник-снега намело.

У него была лопата,

спецодежда и сугроб,

и от света до заката

он лопатой этой скрёб.

И как только им сметалось

всё добро, то злей всего

ничего не оставалось,

кроме снега, для него.

    Катя КАПОВИЧ

I. Vita. Бездна с дождём и кровом

Если снова – креплёные звёзды, взлохмаченный ком…

Если снова – креплёные звёзды, взлохмаченный ком

прочертившей секунды на фоне, отпетом таком,

что, расстрелянный небом у самой домашней стены,

понимаешь про Землю, насколько мы ею больны,

то за мячик ребячьего визга на первых порах,

за испытанный смехом, но ушлый, о будущем страх

не подыскивай слов, не разбрасывай звёздной крупы —

о полёте смотрящего глаза и тверди стопы.

В почву вбитая кость, незаживший рубец на губе,

невдомёк и прозрачен, ты помнишь ещё о себе,

в раскидавшую полночь светящийся звеньями весь

там, где гулкое небо с овчинку, ты всё-таки здесь.

За надземную близь, за последнюю с воздухом связь

сухопутной извилиной, честною нитью держась,

вспоминай, как глядится с балкона и молится тьме,

как живётся-поётся, ещё помещаясь в уме.

А за то, что уснёшь и прислышится утренний хор, —

позабудешь и выйдешь во двор…

Облако. Смерть.