Стихотворения

муза! Являйтесь скорее!

Заречный

«Чудовищно природы увяданье…»

Чудовищно природы увяданье,

но как приятно стихотворцам воспевать

смердящий труп, ведь это умиранье

способно вдохновенье пробуждать.

Повсюду – смерть, повсюду – её лики.

Мертвы деревья, травы и цветы.

Танатос[40 - Танатос – олицетворение смерти в древнегреческой мифологии.] бродит, в примирении великий,

и тушит свет последней красоты.

И всё это торопятся в движенье

строки рифмованной поэты заключить.

Спасибо, смерть, за чудо-настроенье!

Как стихотворцам осень не любить?

Санкт-Петербург

Посвящается кошкам Стамбула

1. Кот из кофейни

Ленива жизнь кошачего Стамбула.

Жара в проулках жёлтых. Минарет

упёрся в небо вечным караулом

из четырёх встревоженных ракет.

Мелькают руки, ноги интуриста

в сплетеньях сумок, жестов и речей.

Как хорошо, что следующие триста

лет буду я по-прежнему ничей.

На солнцепёке проплывают тени,

мой населяя разноцветный бред.

Мне веселей. Как дикое растенье,

я долговечней башен и ракет.

2. О котёнке, живущем в мечети Наследника

Мой день привычно протекает на гробах.

Живу я тихо там, где близко сам Аллах.

И пусть я слабый, пусть не нужен никому,

зато я дольше сытых кошек проживу.

Живу я тихо, но взрослею каждый час,

и буду жить я, и не будет уже вас,

всех ваших сумок, и ботинок, и сапог.

Я буду вечным, ведь живу я там, где – Бог.

Стамбул, Санкт-Петербург

Путевые заметки или День в Стамбуле

1. Полдень

Жара как рюкзак нагружает вспотевшие спины,

на стены налипли тяжёлые тени.

Плотнее в халат своё тело кладут бедуины

и прячутся кошки в прохладе растений.

– «Воды!», – раздаётся шептанье природы ослабшей.

Высокого солнца всё крепче объятья.

И кажется снова, что мир не становится старше,

а лишь неуютней. И злей, вероятно.

2.

Завывает мечеть, словно раненый зверь,

минареты кивают друг другу —

закрывает Аллах невесомую дверь

понедельника. Люди по кругу

уж торопятся молча. Шуршание ног;

еле слышно дыханье Босфора.

Я как будто украл где-то счастья кусок,

но никто не завидует вору.

3. Ночь

Тяжела ты, стамбульская ночь!

Сладким холодом веет с Босфора.

Волны тянут пушистую строч —

ку, давая привычную фору

пароходам.