Стихотворения

И когда сей пейзаж не рассматривать мог бы,

верно б, бросил я этот ночной кинозал.

Неизбежный Никто обитает в соседнем окошке.

Гасит вечером свет, зажигает в семь тридцать утра.

Переходит в гостиную, курит в ладошку,

и ложится в постель, коль ложиться пора.

У него в сентябре мокнут ноги и насморк

превращает его, как Цирцея[33 - Цирцея (или Кирка) – коварная волшебница, которая превратила спутников Одиссея в свиней (по Гомеру).], в платок.

А от горя он может «нарезаться» насмерть.

Не смотрел бы на это, когда бы я мог.

По утрам он бредёт мне навстречу. Я знаю,

с настроеньем каким он навстречу бредёт.

Но, увы, никогда, никогда не узнаю,

кто он, который в соседнем окошке живёт.

Санкт-Петербург

Начало осени

Безумства окончились летние,

стремится под зонтик душа,

а раньше ведь с прытью балетною

взлетала в лихом антраша[34 - Антраша – прыжок в балетном танце, при котором ноги скрещиваются в воздухе.

Санкт-Петербург

Мышь

Пустует блокнот, на душе – ни строки,

онемел я, увы, онемел.

Валяются трупами черновики,

крематорий-камин не у дел.

Журнал ли возьму, погляжу ли в окно —

бесполезная, глупая тишь.

Как будто бессмертным богам всё равно,

как живёт канцелярская мышь.

Глядит ли в окно, кропает ль стишок,

иль в камине разводит огонь.

А может, её, а не рукопись сжёг

тех бессмертных священный огонь?

Санкт-Петербург

К себе

Преодолей косноязычье,

оставь ненужные слова,

и в твоей строчке непривычной

мелькнёт родного языка

слепящий призрак: роскошь, блеск и —

на зависть морю – глубина.

И ты увидишь его если,

то значит жизнь тебе дана

была Всевышним не напрасно.

Всё удалось. И всё прекрасно.

Аугсбург

Открытие

Есть напротив тюрьмы дом в четыре подъезда.

Много в этих подъездах народу живёт:

старики и старухи, два пламенных ксендза,

три студента, монтажник, – различный народ.

Что я делаю в этом в четыре отверстья

обиталище тёплых, похожем на грот?

Очень прост мой ответ. Не Амон[35 - Амон – в древнеегипетской мифологии бог небес. В Новом царстве – бог солнца (Амон-Ра). Покровитель города Фивы.] и не Зевс я,

не любитель амброзий. Я тоже – народ.