Традиции & Авангард. №3 (10) 2021 г.

Прохожие наполняли улицу: в ранний час это были в основном бомжи и нищие. Инстинктивно я шагнула поближе к лучистому фонарю у ограды церкви, вокруг которого падающие снежинки создавали атмосферу доброго волшебства.

Маргинальных личностей милиция громкими криками гнала прочь с вокзальной площади, и они, блуждая по улице, заглядывались на мои тяжелые сумки, где лежали одежда и детские дневники, но не смели приблизиться – их отпугивал яркий свет.

Я приметила колоритного бомжа в шапке-ушанке и заплатанном ватнике болотного цвета, опирающегося на квадратную ножку стола, как на трость.

Старик неуклюже сутулился. Он постелил картонки на заледеневшую землю у ограды и уселся просить милостыню. Я подала ему два рубля.

Нищий пожаловался:

– Ничего для нас не делают, мы, как бродячие собаки, помираем. Жить негде, есть нечего, денег нет…

– Совсем никто вам не помогает? – участливо спросила я.

– Никто! Никому мы не нужны, ни власти, ни активистам, система накрылась, – заохал нищий, а потом, спохватившись, добавил: – Врач иногда приходит.

У нее светлые волосы и пронзительный взгляд. Она раздает у вокзала пледы и лапшу в пакетиках. Бывает, что горячее принесет в бидоне: макароны по-флотски или чай с бутербродом. Мы, бедный люд, всегда ее ждем.

– Чудесная женщина! – согласилась я.

– Слава богу, мир не без добрых людей. Но их очень мало. Добрых людей называют дураками, при жизни им тяжко приходится: то сожгут, то отравят, то распнут. Но они без страха следуют путем Христа и других праведников.

 – Бомж прослезился. – А ты, деточка, к кому приехала?

– В семью, детей нянчить. Вначале они меня в деревню под город Владимир хотели отправить. Потом изменили решение, сказали, что в столице буду за их детьми смотреть.

– Встретить забыли? – догадался старик.

– Похоже на то. Уже больше часа их жду. Замерзла.

– Так позвони им. Павелецкий вокзал большой. Как они узнают, что ты у церкви?

– У меня нет телефона, – сказала я.

– У меня тоже, – пожаловался бомж, а затем посоветовал: – А ты попроси у прохожих.

Кто-то, конечно, пошлет подальше, а кто-то, глядишь, поможет. Не все же слуги сатаны.

В предрассветной белесой дымке на работу спешили угрюмые москвичи. Им в лица ветер швырял колкие снежные кристаллики, вокруг кряхтел нешуточный мороз, и радоваться, собственно, было нечему. Наверное, поэтому люди в столице совсем не улыбались.

Я обратилась к приличному на вид мужчине средних лет:

– Меня забыли встретить, я сутки ехала из Ставрополя.