Пазлы. Сборник рассказов и эссе

Вы должны вместе спеть песню!

– Хорошо хоть не подо льды сходить.

– А ты смешной! – Хихикнула Лариска.

– Я не знаю, смешной ли я, но завтра на песню, не могла бы мисс украсить свои локоны большими белыми бантами.

– Сир, неужели вы не находите большие белые банты банальной пошлостью?

– Отнюдь, это вдохновляет.

– Возбуждает, вы хотели сказать.

– Вы несколько агрессивны, или мне это кажется?

– Много чести, вы в плену иллюзии!

Серафима Петровна, как бы это сказать поприличнее, обожглась чаем и зажмурилась, втайне надеясь, что когда откроет глаза, этот дурной фантастический сон исчезнет, и перед ней окажутся нормальные дети, которых надо будет научить читать, писать и считать.

– Хорошо, раз ты ставишь мне условие, то я имею право на ответное.

– И какое же?

– Ты выйдешь завтра обритым наголо, в белом свитере.

– Лариса, мне кажется, ты перебираешь. Его белые банты, по сравнению с твоими условиями, кажется несовместимы.

Всё-таки вмешалась учительница.

– Хорошо, Серафима Петровна, из уважения к вам, он может не бриться наголо, так, боксерская причёска. Я-то буду в школьной форме, мне положено. А он-то в белом свитере выйдет.

– Господи, что же я с вами буду делать?

– Да ничего с нами делать не надо. Рассадите по разным углам класса, и три года у вас будут два отличника.

– Кажется, я нарвалась на новое поколение, – почти всхлипнула Серафима Петровна.

– Поколение икс! – Долбанул Борька.

– Все равно ты смешной, – тихо сказала Лариска.

– Ну, тут сердцу не прикажешь.

– Я выполнил твоё условие! Крикнул Трикстеров, выходя на сцену бритым наголо.

– А я твоё, – она вышла в огромных белых бантах и школьной форме с накрахмаленным белым фартуком.

Им поставили две прочные табуретки, на кои они с достоинством водрузились. Милое девчачье личико, с огромными бантами и скуластое мальчишечье, под лысиной, повернулись друг к другу.

Дремлет притихший северный город,

Низкое небо над головой

Что тебе снится, крейсер Аврора

В час, когда утро встает над Невой?

Кажется кому—то из ветеранов, сидевших напротив, сделалось нехорошо. Да ещё на дальних кошарах вздрогнули овцы, которые конечно не понимали всей опасности дремоты северного города, и его крейсера Авроры, но всё равно, дружно вздрогнули.