За серым окном

Любила фантазировать перед сном, после интимных ласк, – «Ешчё немного потрудимси, выдилют нам хату, сделаем рэмонт, детишек тебе нарожаю. Я хочу очень мальчишек близнецов, и девочек поболя!» – это Игоря пугало. Сам он, конечно, мечтал о крепкой, настоящей семье, но… попозже, не сейчас. И-и, чего греха таить, не с Верой.

Настя Власова? Не-е-т! На неё Сирота затаил смертельную обиду, не тосковал больше. Поначалу – да, не мог позабыть… сейчас, погасли чувства. Тем не менее о первой любви бравый десантник периодически вспоминал, не с тёплыми эмоциями и тревожной щекоткой в груди – приходило иное.

Игорь, когда сожительница затихала, подолгу всматривался в зелёную подсветку электронных часов, не мог заснуть из-за ломки в суставах, пытался найти ответ, – «Почему я не могу забыть Власову? Нет-нет, а думаю о Насте!»

Причина элементарная – ноющее чувство недосказанности перед стервой; словно не завершил важное дело, не выплеснул в лицо нахалке, что о ней думает и кем та является! В глубине души хотелось встретиться с Власовой и если та улыбнётся, постарается нагло соврать в глаза, найти оправдание гнилым поступкам – заткнуть рот! Расставить всё по местам.

Сирота понимал – это глупо, по-мальчишески, а побороть того желания не мог.

До поры афганец справлялся с ночными эмоциями, тягой к дому, в мае, ровно через год с момента, как Настя не пришла на вокзал – больше не смог терпеть. Решил при первой возможности отправиться в деревню родителей, затем в любимый Водопьяновск.

Игорь не осмелился поведать про свои намерения Вере. Врать, – «Поеду на недельку», – и не вернуться, не хотел, получилось бы тогда – он ничем не лучше Власовой. Как часто случается, выход отыскался сам собой, правда, очень печальный… умер отец.

С горя сержант запаса напился крепко, пустил скупую, мужскую слезу и, честно всё сказал сожительнице, сразу же схватив заранее собранный рюкзак: не хотел видеть её истерик.

Подло, зато честно, лучше так, чем женщина бы ждала его, ждала, а он не вернулся.

Похороны бати Игорь помнил смутно, находился в прострации. В мыслях отпечаталось: лёгкий весенний дождь, сильные раскаты грома и линии молний на горизонте, эхо стука молотка, заколачивающего крышку… удары кусков земли о гроб.

На поминках подрался со старшим братом, точнее – дал тому раз в морду, конфликт и закончился.