Однажды моя прабабушка не могла заснуть

Под новый 1992 год мать получила письмо от новой жены деда, что Кутырёв Алексей Гаврилович умер 4 декабря 1991 года и похоронен за государственный счёт. Ценных вещей и сбережений у него не было.

А кровать и шкаф – да, оставались у него до самого конца.

Только это ещё не конец.

Последнее «сжатие» моего деда произошло в 2013 году. Я хотел найти его могилу, и поехал в Зелёный город. В доме престарелых мне сказали, что архив за давностью лет увезли то ли в Нижний Новгород, то ли в Кстово. Место захоронения неизвестно, а если могила не посещалась, то её уже и не существует.

От моего деда не осталось ничего. Ни дома, ни наследства, ни могилы. Ни даже финтифлюшки из чулана.

Мой странный, никем не любимый, но очень хороший дед Лёня полностью исчез с глаз долой, как ему и велели.

Только вот хрен там. Секретик-то остался!

Родина – это дорога между домом и магазином.

Если посмотреть на Наруксово с какого-нибудь холма, то можно увидеть центральную площадь с магазинами и стоящими рядом двухэтажными кирпичными домами.

Можно увидеть овраги, нарушающие прямоугольный порядок улиц. Сами улицы, конечно, тоже видно. Например, улицу 1 мая, растянувшуюся на несколько километров из одного конца деревни в другой.

А под одним из холмов, том самом, на котором стоит больница, и с другой стороны которого находится Больничный пруд, лежит уже заросшая молодыми берёзками и кустарниками низина. Посреди этой низины стоит одинокий дом. Ни дороги, ни улицы, ни соседей.

В этом доме ещё недавно жил настоящий патриот, сын Евдокии Степановны, старшей сестры моей бабушки Екатерины.

Звали его Володька Тюканов.

Володька любил свой дом не меньше, чем Шрек своё болото. И в жилье Володьки, как и в жилье Шрека, было что-то сказочное. Ну например: идёшь по тропинке, вокруг деревья. Деревни не видишь, человеческим духом не пахнет, а тут – раз, и полянка, а за ней дом. У Шрека не полянка, а болото, но какая разница?

Жил Володька в этом доме со своей женой, бабой Машей. Больше – ни души.

Только по выходным их навещала дочь с мужем и внуками. Дочь живёт в райцентре, в Починках. Трудится прокурором.

Баба Маша умерла где-то в 2013 году, а через 2-3 года умер и Володька. Умер глубоким стариком – под 90 лет. Дом продали.

В 2011 году мы с сыном Мишей были в Наруксово и застали в живых Володьку и бабу Машу. Володька – высокий, худой, прямой. Баба Маша, и без того небольшого роста, была согнута пополам в пояснице, и ходила буквой «Г».